Laora
Милосердие выше справедливости (с)
Летняя ФБ-2017 для меня - это ФБ имени Джи-Ха, если речь заходит о "Йоне".
В частности, Полоз Подколодный перевела целых два мини по моим заявкам! ** И оба с Джи-Ха - нашла их, когда у меня случился неконтролируемый прилив любви к нему. Огромное спасибо за классные переводы :heart:
В "Странном влечении" Ки-Джа, вероятнее всего, асексуал. А Джи-Ха поступил очень правильно. И, по-моему, тут еще должно быть продолжение, - во всяком случае, я его вижу, пусть автор и не написал)
В "Разговорах о первой любви" у нас есть милашный Джи-Ха, милашный Хак и их замечательная беседа. А еще Йона и Джи-Ха рассказывают друг другу о своей первой любви. "Если бы удалась моя первая любовь, я бы никогда не встретила вас всех. И я могу сказать тебе, что совсем не хотела бы этого" - мне очень нравится эта взрослая мысль у Йоны здесь. Нравится, как раскрыт Джи-Ха, как они доверяют друг другу, нравятся совершенно каноничные отношения ВСЕХ персонажей друг к другу. И, конечно, откровенные разговоры.
И то, что Йона предпочла бы любого из своих спутников своей первой любви. И ответ Джи-Ха на это. Нравятся они мне.)

Название: Странное влечение
Переводчик: Полоз Подколодный
Бета: агрессивная самочка Росомахи
Оригинал: EHyde "Strange Attraction", разрешение получено
Фандом: Akatsuki no Yona
Пейринг/Персонажи: намеком Дже-Ха/Киджа
Категория: преслэш
Размер: мини, 1345 слов в оригинале
Жанр: общий
Рейтинг: G
Краткое содержание: Однажды у Дже-Ха и Киджи состоялся серьезный разговор о любовных зельях.
Разрешение переводчицы на размещение ее работы: получено

— Дже-Ха, откуда у тебя это? — Киджа пошел к дереву, под которым отдыхал зеленый дракон. Он всего-то хотел помочь и убрать книгу, которую Дже-Ха оставил в палатке, но...

— Киджа, уточни, о чем ты. Предполагаю, из моих вещей не одна может вызвать у тебя такую реакцию.

Киджа яростно взглянул на Дже-Ха сверху вниз. В руке он сжимал маленькую склянку — в человеческой руке, разумеется, потому что знал, что не сможет удержаться и не сжать баночку слишком сильно драконьей рукой.

— Это не шутки, Дже-Ха! Это очень опасная вещь! — Киджа снова посмотрел на склянку. Чешуйка была целой, нетронутой. — Это... это даже не та же, что и в прошлый раз!

— Тише, Киджа, ты же не хочешь, чтобы Юн услышал, — прошипел Дже-Ха. — Если он узнает об этом, ему захочется поэкспериментировать.

В ответ на это Киджа нахмурился — Дже-Ха был прав, но и он не собирался это так оставлять. Он схватил Дже-Ха за руку, поднял на ноги и потащил за собой в лес.

— Киджа, что ты...

— Ты прав, — ответил Киджа. — Никто не должен об этом узнать. Это слишком опасно. Но я ещё не закончил!

— Ничего особенного, Киджа. Я вернулся назад и купил её после того, как все ушли.

Киджа отпустил руку зеленого дракона и уставился на него, раскрыв рот.

— Ты... заплатил за это? — Он хорошо помнил, какие странные чувства вызвало в нем любовное зелье, какие вещи он захотел сделать с принцессой под его влиянием. Подумать только — платить деньги, чтобы испытать такие страдания или заставить страдать другого...

— Я оставлю это себе, — решительно заявил он. — Эта вещь из моей деревни, поэтому я возьму на себя ответственность. Не хочу, чтобы кто-то ещё почувствовал себя так, даже немного. Не верю, что ты добровольно обрек кого-нибудь на это!

Дже-Ха и не попытался вернуть чешуйку, чтобы было хорошим знаком, — похоже, он прислушался к голосу разума. Киджа напомнил себе, что впервые они столкнулись с зельем после того, как Дже-Ха присоединился к ним — возможно, это было выражением его бунта. Однако сейчас его лицо не выражало ни стыда, ни сожаления, как надеялся Киджа, лишь небольшое изумление.

— Киджа, — начал Дже-Ха, — когда ты выпил то зелье... это был единственный раз, когда ты почувствовал такое влечение?

— Конечно! — Вопрос возмутил его, но Дже-Ха глядел на него так, словно до него что-то дошло. — Дже-Ха, эта вещь была бы бесполезной, если бы вызывала в людях чувства, которые они уже испытывали.

— Действительно, оно необычайно сильное... И, что удивительно, работает на первом человеке, которого ты увидишь... Но, Киджа, нет ничего необычного в том, чтобы испытывать эти чувства к другому человеку.

Киджа взглянул на склянку в своей ладони и снова на Дже-Ха.

— Ты шутишь? — Он определенно шутил, да. — Нет, ты пытаешься обмануть меня, чтобы я отдал тебе это, так?

Дже-Ха покачал головой.

— Совсем нет... Ты и правда этого не испытывал, так? — он вздохнул. — Полагаю, именно поэтому ты не интересовался девушками в своей деревне.

— Это потому, что я знал, что однажды посвящу свою жизнь королю!

Но... Именно старейшины его деревни изготовили этот наркотик.... Потому что он не хотел жениться...

— Это... действительно обычное чувство? Не отвратительное?

— Ну-у... Иногда оно доставляет неудобства, но я бы не назвал его ужасным.

Но Дже-Ха, хоть и быть прямолинейным, никогда не вел себя так, как после того, как съел часть чешуйки.

— Можно научиться сопротивляться этому? — спросил Киджа.

— Можно сказать и так. Но то чувство, которое порождает чешуя Хакурю, гораздо сильнее обычного.

— Не называй эту вещь так. Она не имеет ко мне никакого отношения.

— Хех, похоже на то. Я не против, если она останется у тебя. Момент упущен, и теперь она мне не нужна.

Киджа подозрительно сузил глаза.

— Какой ещё момент? Что ты замышлял?

— Я просто хотел подтолкнуть Хака и принцессу в направлении, в котором они и так двигались... Но, как я и сказал, момент упущен.

— Но мы по-прежнему едим одну еду. — Киджа ничего не понимал. — Ты мог бы найти возможность... — Не то, чтобы бы он поощрял такие действия, но слова Дже-Ха не имели смысла.

— Нет. В смысле, не думаю, что зелье сыграет особую роль именно сейчас.

— Но Йона не... Погоди! Что, как ты думаешь, происходит между принцессой и Хаком?

Дже-Ха закатил глаза.

— Киджа, иногда я просто... — он тяжело вздохнул.

Киджа не был дураком — он замечал кое-что. Он понимал, что отношения Хака и принцессы изменились. Хак всегда защищал принцессу, словно был одним из драконов, но после возвращения из Кай они казались... более счастливыми, когда были вместе. Сначала Киджа думал — это радость от того, что они выбрались живыми из передряги, но каким-то образом он чувствовал, что не может быть частью их счастья. Теперь всё встало на свои места.

— Что ж, если это чувство может сделать принцессу счастливой, тогда оно может принести и пользу.

— Так ты... не беспокоишься, что принцесса испытывает к кому-то такие чувства?

— Если это не беспокоит её, то потому должно меня?

— Я меня в виду, разве ты сам не?..

— Дже-Ха, то, что я чувствовал к ней, было вызвано наркотиком. Я уже говорил тебе несколько раз, что это был не я. Если она счастлива, то и я тоже.

— Конечно, но...

Почему Дже-Ха никак не мог оставить эту тему в покое?

— Дже-Ха, не говори мне, что... тебя влечет к принцессе?

— Я говорил, что это нормально — чувствовать влечение к людям! — Дже-Ха глубоко вздохнул. — Но ты прав. Она счастлива с Хаком. Как ты и сказал, — добавил он с усмешкой, — можно научиться сопротивляться этому.

— Тогда, кто ещё?

— Хм?

— Ты сказал, что тебя привлекает много людей.

— В основном, красивые люди.

— Я имел в виду конкретных людей, — возразил Киджа. Он не совсем понимал это чувство, хотя этот разговор и помог ему, но если бы у Дже-Ха был кто-то, с кем он мог быть счастлив, как Йона с Хаком...

— О... Несколько людей в Аве... Один из солдат Тэ-Джуна.... Та девушка с косичками из деревни Сэнри... Хак... Госпожа Аюра... Суон до того, как я узнал, кто он...

— Но все эти люди недоступны! — попытался возразить Киджа, но Дже-Ха проигнорировал его и продолжил:

— И ты.

— Эм... — Киджа замялся. — Ты имеешь в виду, когда ты попробовал зелье?

— Именно... — ответил Дже-Ха после необычно долгой паузы.

— Что ж, — ответил Киджа, не зная, как ответить на такое признание. — Думаю, ты знаешь, что я не испытываю таких чувств.

Дже-Ха слегка кивнул, а Киджа взглянул на склянку с нетронутой чешуйкой Хакурю. Если это будет кто-то, кто чувствует то же самое, кто желает этих чувств... И тот, кем он восхищается, даже если и не всегда понимает...

— Я... я бы мог. Ненадолго. Если ты хочешь.

Дже-Ха распахнул глаза, и на какой-то момент Кидже показалось, что он поймает его на слове. Но потом Дже-Ха вдруг выхватил у него склянку, бросил на землю и раздавил ногой.

— Как ты и сказал — это был не ты.

Название: Разговоры о первой любви
Переводчик: Полоз Подколодный
Бета: агрессивная самочка Росомахи
Оригинал: Codango "Tell me about your first love", запрос отправлен
Фандом: Akatsuki no Yona
Пейринг/Персонажи: Дже-Ха, Йона, Хак
Категория: джен
Размер: мини, 2352 слова в оригинале
Жанр: повседневность
Рейтинг: G
Краткое содержание: Дже-Ха и Йона разговаривают о первой любви.
Примечания: Переведено по заявке с инсайда.
Разрешение переводчицы на размещение ее работы: получено

Похоже, Йона была обречена получать новые навыки путём долгих усердных тренировок.

Дже-Ха валялся на своих вещах на безопасном расстоянии от костра, где Юн пытался научить Йону готовить. Даже если бы у них были нормальные кухонные принадлежности, хорошие продукты и настоящая печь, это всё равно стало бы настоящим испытанием. А учитывая то, что готовить приходилось на открытом огне, добавляя дикие травы и специи, которые нужно было беречь...

Дже-Ха наблюдал, как принцесса осторожно попробовала свое первое рагу. И тут же закусил губу, чтобы не рассмеяться при виде выражения её лица.

— Юн, это ужасно! — пожаловалась она.

— Ты не дала травам как следует покипеть в бульоне, — заметил повар, лекарь и одновременно нянька их маленького отряда. — Запомни, супы и рагу готовить проще всего. Их почти всегда можно спасти с помощью приправ, даже если ты не очень хорошо готовишь.

— И поэтому мы так часто их едим? — радостно спросила Йона.

И Дже-Ха в который раз задумался, почему Суон просто не женился на ней.

На неё стоило только взглянуть — девушка была привлекательна, как грех. Если Суон так сильно хотел занять трон, то с чего он взял, что убить короля — самый легкий из путей?

— Добавь этого немного... Не пересыпь... Ааааа!

Дже-Ха заставил себя встать и отойти в сторону. Он сомневался, что Юну понравится, если он посмеется над их уроками. К счастью, на границе их маленького лагеря сидел Хак и мастерил новые стрелы для Йоны.

Донимать мрачного телохранителя Йоны было почти так же забавно, как саму принцессу.

Хак поднял взгляд от своей работы и чуть ли не зарычал на него.

— Не сейчас. Я занят.

— Да ладно, мы же не разговаривали весь день. Не будь таким злюкой.

— Иди донимай Киджу.

— Я ему уже надоел.

— Какое совпадение. Мне тоже.

— Хватит, — мягко приказал Дже-Ха. — Расскажи мне о твоей принцессе.

На это он получил ответ — Хак опустил нож, очень острый на вид.

— Она и твоя принцесса. Ты сам сказал.

— Я буду следовать за госпожой, пока буду ей нужен. — Дже-Ха положил руку на сердце. — Но я хотел бы узнать о твоей принцессе. — Он сел, удобно скрестив ноги. — Я имею в виду, ты знал её в те времена, когда она действительно была принцессой.

Хак нахмурился.

— Она и сейчас принцесса.

— Сейчас это просто слово. Но когда-то она ведь носила роскошные наряды, заплетала волосы и раздавала приказы слугам.

Хак пригрозил ему недоделанной стрелой.

— Она по-прежнему раздает приказы.

Иногда Дже-Ха едва удерживался от того, чтобы не пнуть этого человека в лицо. Возможно, даже драконьей ногой. Отчасти именно поэтому компания Хака доставляла ему такое удовольствие.

— Перестань. Какой Йона была во дворце? И я уверен, что ты сам вызывался выполнять её приказы.

Хак прислонился затылком к дереву.

— Она... думаю, старалась не приказывать. По крайней мере, когда была младше, — он усмехнулся, что-то вспомнив. — Однажды она разозлилась на меня из-за того, что я не помог ей справиться с одной проблемой. Но потом извинилась, сказав, что ей нужно учиться самой решать проблемы.

— Да? — Дже-Ха наклонился вперед. — И как она извинилась?

Хак вдруг покраснел и снова взялся за нож и стрелу.

— Не помню.

— Лжец. Расскажи мне.

Хак бросил на него мрачный взгляд.

— Она дала мне фрукт, понял? Перестань думать о том, о чём думаешь.

— Ни о чем таком я и не думал. Что ещё?

Хак провёл ножом по стреле.

— Что именно тебя интересует?

Дже-Ха закусил обратную сторону губы. Как бы спросить про Суона так, чтобы... чтобы Хак не замкнулся в себе, как он делает при звуке этого имени?

— О друзьях. Расскажи мне о друзьях.

Что-то промелькнуло на лице Хака, но так же быстро и исчезло.

— Ей редко разрешали покидать дворец, — признал он. — В день её рождения устраивали пир, на который приходили знатные люди её возраста. Но она их не знала по-настоящему. Поэтому мы всегда устраивали собственный праздник после.

Дже-Ха был готов поспорить, что знает, кто был частью этого «мы».

— Уверен, это были отличные пирушки. Должно быть, ты был на них звездой.

Хак снова угрюмо взглянул на него.

— Но неужели никто из этих «знатных людей её возраста»... — Дже-Ха сделал паузу, — не пытался за ней ухаживать?

От удивления Хак даже открыл рот.

— Да брось, она вошла в возраст, особа королевской крови, хороша собой. И если она не сильно поменялась с тех пор, то с ней достаточно весело. — Дже-Ха приподнял брови. — И ты говоришь, что никто не заинтересовался ей?

Хак сжал зубы и вернулся к стрелам.

— Если и кто-то предлагал ей подобное, меня в это не посвящали.

Дже-Ха оглянулся через плечо на костер — судя по гордому выражению лица Юна, ужин будет гораздо лучше, чем раньше. Йона откинула волосы с глаз и рассмеялась.

— Интересно, почему...

Только когда Хак взглянул на него, Дже-Ха понял, что произнес это вслух.

— Мы не так часто об этом говорили, — вспомнил Хак. — Но я думаю, что дело было в короле Иле, который старался оттянуть неизбежное. — Он почесался ножом. — А принцесса... Её мысли занимало совсем другое.

Дже-Ха смотрел, как Хак бездумно играет ножом. Он смутно догадывался, что нерассказанные части истории были связаны с Суоном. Дже-Ха не собирался отвлекать Хака от его бешеной убийственной ярости. Но...

Возможно ли, что Йона была заинтересована в Суоне? Эта мысль интриговала. Может быть, они встречались тайно?

Дже-Ха снова посмотрел на Йону и нахмурился. Это ей совсем не подходило. Принцесса была слишком... наивной? На ум приходил только какой-нибудь неудачник с цветами и украшением в руках, который нелепо топтался на месте, пока Йона проносилась мимо него в своем потрёпанном плаще с луком наизготовку.

— Что ж, — Дже-Ха хлопнул Хака по плечу сильнее, чем нужно было, и поднялся на ноги. — Нам всего лишь нужно присмотреть за нашей принцессой, пока она не определится, так?

Он бы с удовольствием посмотрел на выражение лица Хака, однако обернуться значило испортить весь эффект.

*

Вечер подходил к концу, когда Дже-Ха передал Йоне надтреснутую чашку с чаем. Хак, Юн и Киджа мыли посуду и набирали воды на реке, Зено уже видел десятый сон в своем спальном мешке, и кто знает, где шатался Шинъя.

Такая возможность появлялась не каждый день.

— Очень мило с твой стороны. Спасибо! — Йона сделала глоток горячего чая. Он не мог быть таким же вкусным, как чай, который она пила большую часть своей жизни, но... Дже-Ха заставил себя не думать об этом. Хотя они выросли в совершенно разных условиях, Йона уже привыкла к такой жизни.

— Йона, милая, — Дже-Ха устроился поудобнее у огня. — Почему бы тебе не рассказать мне о своей первой любви?

Йона вздрогнула и пролила немного чая на грудь — наверное, обожглась.

— Д-дже-Ха! — Она вытерла подбородок рукавом. — С чего это ты вдруг?

Он только отмахнулся.

— О чем это ты? Отличная тема для разговора у костра.

Наверное, Йона сильно покраснела от смущения, но в пламени костра разглядеть это было трудно. Она выпрямила спину.

— Ладно. Хорошо. Но...

Дже-Ха приподнял бровь и усмехнулся.

— «Но» что, принцесса?

— На равных условиях. Ты первый.

Дже-Ха уставился на неё, а Йона упрямо задрала подбородок.

— Надо же, Йона, — Дже-Ха пытался не рассмеяться. — Мои истории совсем не интересные.

— Какая жалость. Я умею хорошо рассказывать, — Йона как ни в чем не бывало отпила чай.

Дже-Ха пожевал нижнюю губу и прищурился.

— Что ж, — наконец ответил он, — не могу позволить себе упустить интересного рассказчика. Полагаю, тут ничего нельзя сделать. — Он оперся на отставленные назад руки. — Скажем, мне было семь.

Йона хихикнула и поплотнее закуталась в плащ. Судя по её виду, она определенно наслаждалась происходящим.

— Рёкурю встретил любовь в таком нежном возрасте.

Дже-Ха попытался улыбнуться. Он годами не вспоминал об этом.

— Меня охраняли очень тщательно. Большую часть времени я был заперт.

Йона нахмурилась.

— Ужасно. Не могу представить, как можно держать зелёного дракона взаперти.

Проклятье!.. Ему просто следовало отказаться от истории Йоны. Это слишком...

— Да, один мальчик думал так же, как ты. Он был чуть старше меня. Не могу точно вспомнить, сколько ему было лет. Сомневаюсь, что вообще когда-то это знал. Он был... высоким.

— Высоким? Это всё, что помнишь? — лукаво спросила Йона.

О нет, Дже-Ха помнил всё.

— Хочешь узнать больше? — спросил Дже-Ха с почти искренней улыбкой. — Хорошо. Его звали Оби. И да, он был высоким. И стройным. И у него были тёмные волосы.

Йона чуть наклонилась вперёд. Огонь окрасил её в красный.

— А его глаза?

— Золотистые. Как у самого красивого кота, которого ты когда-либо видела. Когда он впервые заглянул в мое окно, я едва не закричал, — подумал, что это был дикий зверь.

На самом деле он всё-таки закричал, а Оби велел ему заткнуться.

— Иногда Оби приносил мне разные вещи. Фрукты. Печенье, очень вкусное. Однажды он принес мне мячик. — Дже-Ха развел руки. — Я не мог не влюбиться в него.

— Тебе было семь, — возразила Йона, улыбаясь при этом мило и даже восторженно.

— В семь лет уже можно понять, что такое доброта, — заметил Дже-Ха, подняв палец.

А ещё преданность. И риск.

— А... ты когда-нибудь признался ему? — Йона подобрала колени к груди и обняла их.

Дже-Ха смотрел в огонь.

— Нет. Упустил момент.

Дже-Ха узнал — Оби избили за то, что он приносил еду. Сильно.

— Он уже покинул мою деревню к тому моменту, как я... сбежал.

Ему подумалось, что Йона, пусть и не одарённая многими талантами, всё-таки неглупа — Дже-Ха мог сказать это по виду, с которым она выслушала его историю.

— И теперь ты хочешь узнать мою историю.

Йона взяла небольшую ветку и аккуратно положила в огонь.

О да. Именно поэтому он и начал этот разговор.

— Таковы были наши условия, дорогая.

— Он был высоким. — Йона бросила на него хитрый взгляд, на что Дже-Ха ответил ей искренней улыбкой.

— Тебе нравятся высокие мужчины, принцесса?

— Я хочу окружить себя ими, Рёкурю, — ответила она, махнув рукой в направлении, куда ушли остальные.

— Тогда у тебя не очень-то хорошо получается. Назвать высокими можно только меня и Хака.

— А ты быстро исключил Шинъю и Киджу!

— Вот они, — Дже-Ха сделал ударение на последнем слове, — попросту не низкие. Нельзя сравнивать их со мной. А что касается Юна и Зено...

— Не будь таким грубым. Ты хочешь услышать историю полностью или нет?

— Конечно же, хочу.

Он подался вперед. Возможно, именно благодаря её дару пропадала печаль драконов.

— Он всегда был выше меня, — продолжила Йона. — Даже в детстве. Я помню... — она говорила очень тихо. — Я помню, как однажды заметила, что он вырос намного выше меня. Я не видела его целый год. Мне было четырнадцать. Уверена, при встрече он подумал, что я выросла дурочкой. Я не могла выдавить из себя ни слова.

— Невозможно. — Слова слетели с его губ прежде, чем он понял, что хотел сказать. — Уверен, он думал, что ты очаровательна, — с присущей ему галантностью заверил её Дже-Ха.

Йона закатила глаза.

— Хак сказал мне, что я говорила, как идиотка.

— Хак просто придурок.

— Дже-Ха!

— Брось, я очень его люблю. Но он всё равно придурок. И всё же, — Дже-Ха ободряюще улыбнулся, — об этом высоком юноше. И что же он такого сделал, чтобы заслужить благосклонность прекрасной принцессы?

Йона вздохнула и пошевелила угли веткой.

— Прекрасная принцесса... Думаю... Я думаю, может быть, именно поэтому я в него и влюбилась. — Она замолкла. — Я почти никого не знала. И он был очень добрым. Милым. И умным. И хотя я точно была совершенно избалованным ребенком, он вёл себя так, как будто ему нравилось быть со мной. И мой отец... Он любил его.

— Йона... — Какой-то миг Дже-Ха беспомощно смотрел на неё. Она не казалось готовой вот-вот заплакать. Всё было гораздо хуже. Она выглядела... опустошенной.

— Полагаю, с первой любовью у нас обоих не удалось.

Йона коротко рассмеялась и пожала плечами.

— Если бы удалась твоя первая любовь, вы бы счастливо жили где-то вместе. Я могла никогда не встретить тебя. А если бы удалась моя... — Она встала, отряхнула одежду и одарила его улыбкой. — Если бы удалась моя первая любовь, я бы никогда не встретила вас всех. И я могу сказать тебе, что совсем не хотела бы этого.

Услышав это, Дже-Ха поднялся. Он сделал к ней шаг, а потом ещё один. Проклятая драконья кровь. Но он сомневался, что может винить своих предков в том, что его к ней тянет.

— Ты имеешь ввиду... — он старался говорить тихо и спокойно, — что предпочла бы нас своей первой любви?

Она взглянула на него, и что-то странное промелькнуло в её фиолетовых глазах в свете огня.

— Я бы предпочла любого из вас его любви.

Она говорила тихо, но с такой уверенностью, что он буквально почувствовал это кожей. Дже-Ха подошел совсем близко, протянул руку и сжал её локон между пальцами.

— Не могу говорить за остальных, — наконец сказал он, — но у тебя точно есть я, Йона.

@темы: праздники, Akatsuki no Yona