Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
01:43 

Книжный флэшмоб, продолжение-2.

Laora
Милосердие выше справедливости (с)
Буду кратко писать про каждую из прочитанных книг - и периодически поднимать запись. : ))

1-18)
19-31)

32) Е. Мелемина "Полет попугайчика".
Книга с налетом ужасающей безнадеги - есть вопросы, однозначных ответов нет. И быть не может, наверное. В постмодерновых книгах редко можно найти черно-белых персонажей. Я вообще это люблю. Но тут уж слишком надрывно ближе к концу, скачкообразно. Безжалостно ко всем - и к жертвам, и к палачам, и к виноватым, и к невинным. Местами очень напоминает Кинга, особенно "Кэрри". Или "Ярость". Но только местами: Кэрри была одна, и ГГ "Ярости" - тоже. В чем-то это реалистичнее, в чем-то - наоборот. И Кинг не настолько любил свою Кэрри, не настолько вживался в нее, насколько Мелль-сама любит своих главных персонажей. Ну и да - у него все же с хорошими людьми получше будет, несмотря ни на что. Он не препарирует (слово из романа) их так, чтобы до уродства, какие бы жути ни показывал.
Условия жизни - вот что у Кинга лучше в разы. И дело именно в психологической обстановке.
"Полет попугайчика" читается влет, оторваться невозможно. С женскими персонажами плохо и сложно, естественные для женского организма процессы представлены как нечто омерзительное. Жуткий страх старения для женщины, с мужчинами такого нет; даже самый мерзкий мужской персонаж на страницах книги кажется роднее, ближе и понятнее, чем самый лучший женский, двоякое отношение к феминизму - вроде как и нормально, а вроде как и страшная дурость. Хотя в романе женщины представлены теми, кто правит бал и помыкает мужьями, без мужей они попросту не могут. И далеко не всегда они помыкают - в этом романе, пусть боязливо, несмело, но приоткрывается и обратная сторона. Цитата: "Томми представил: Алекс, уже взрослый, постоянно одергивает свою жену. Он не говорит ничего обидного, обычные фразы: «Сядь. Ты приготовила ужин? Нет, милая, это не ужин. Тебе так кажется. Повернись. Ты думаешь, это платье тебе идет? Припаркуйся правильно. Мне кажется, ты расходуешь слишком много бензина. Где ты была? У Дафны? Эта Дафна просто тупая сучка, и все ее окружение такое же. Ребенок плачет, милая. Ты не умеешь успокаивать детей?» Он будет говорить очень тихо и вкрадчиво, а когда она в отчаянии разобьет первую тарелку, спросит: «Разве я сказал что-то плохое? Разве я кричал на тебя? Откуда такая истерика, милая? С тобой что-то не так. Я всего лишь спросил, где ты была. Ты могла бы просто сказать – в парикмахерской, но вместо этого ты бьешь посуду. Успокойся, на тебя смотрят дети. Каково им знать, что их мать истеричка?» И дети, повзрослев, будут рассказывать школьному психологу: «Мама всегда была неадекватна. Папа очень тихий и спокойный человек, он никогда не повышал на нее голос, а она постоянно орет и психует. Мне жалко папу, он ее очень любит и поэтому терпит все эти истерики»" (с).
А еще в конце романа ярко показана Сара. И она продолжает жить дальше - пусть ее будущий муж как раз черно-белый, подчеркнуто идеальный и однозначно позитивный, пусть этот муж нужен непременно, обязательно - никто другой, способный дарить любовь, не подойдет, не спасет, не даст новый смысл.
Два главных героя с их не доведенной до развязки сексуальной близостью, но с доведенной - смертью, - они разбиты, как не оправдавшие себя зеркала. А из-под осколков робко проглядывает конструктивный выбор, который лично у меня ассоциируется именно с Сарой. Бунтарство закончилось, маски сняты. Пока неуверенно, на покачивающихся ногах, - но уже можно быть собой, хотя бы отчасти. Не представлением о себе.
Мне бы очень хотелось почитать следующие книги Евгении Мелемины. Увидеть, что будет дальше.

33) А. Сапковский, Я. Собота, Т. Колодзейчак, Я. Дукай "Польская фэнтези".
Эту антологию я уже когда-то читала, но тогда уловила только общий принцип каждого рассказа, без деталей.
Название сборника не вполне верное - тут больше научной фантастики, мистики и ужасов, чем фэнтези. Так-то.
Рассказы Сапковского, которые составляют меньшую половину сборника, ожидаемо понравились больше всего.
По порядку:

А. Сапковский "Случай в Мисчиф-Крик" - рассказ о том, как опасно издеваться над женщинами и считать их "ниже" себя, уж коли ты мужчина. И что таких невесть что о себе возомнивших о себе мужчинах ждет. А пан Анджей еще удивляется, почему его принимают за своего феминистки.))
Рассказ - историческая фэнтези, для его написания были использованы реальные справки из прошлого Америки. Очень советую.

А. Сапковский "В воронке от бомбы" - альтернативная история после Чернобыля. Польша, своего рода постапокалиптика, но без ужасов. С юморком. И потому особенно жутко - реалистично, все это совсем рядом с нами, кажется. Достаточно руку протянуть.
Прямые отсылки к Ремарку, его "На Западном фронте без перемен", и "Прощай, оружие!" Хэмингуэя. Но у них было серьезнее и трагичней. А тут - те самые невыносимые условия жизни, которые порождают черный юмор. Несвобода довлеет.
Фэнтези отсутствует.

А. Сапковский "Боевой пыл" - не фэнтези, а космоопера. Та самая шутка пана Анджея, первая "глава" несуществующего романа. Отлично понимаю, почему многие восприняли эту шутку всерьез - написано отменно, за персонажей, наемников, которых кинула нанявшая их организация, переживаешь. Им сочувствуешь. Но сама стандартная схема "чувак, который приобрел пару женщин в холодильнике и теперь будет стрррашно мстить", подана скорее в ироничном ключе.

А. Сапковский "Тандарадай!" - скорее мистика, чем фэнтези, наши дни. Некрасивая Моника отправляется на отдых. Тут бы ей, по всем канонам любовного романа, и встретить свое счастье... Но чувак, который слушает поэзию немецких миннезингеров и просит ему читать, оказывается, просто хотел над ней посмеяться. Сделать ей комплимент, чтобы "она стала хоть чуть красивее". Соседка Моники по комнате спит с ним и советует ему и с Моникой переспать. Моника это случайно слышит - и...
Она может впустить в мир Зернебока/Чернобога, бога смерти. А еще Моника приходит к чуваку, так нехорошо над ней подшутившему, и делит с ним постель. После этого (чувак и соседка Моники получили по заслугам, не сомневайтесь), Моника отправляется на вокзал, чтобы ехать домой. И еще - в ней что-то изменяется.
Бьюсь об заклад, пан Анджей рассчитывал на женскую аудиторию. Ну и намек аудитории мужской - женщина вам не предмет, чтобы судить по внешности.

Я. Собота "Страдания графа Мортена", "Голос Бога", "Это тебе зачтется" - тоже скорее мистика. И ужасы. Мир явно параллельный, но фэнтези не назвать. Мигом вспоминается Эдгар По, только читается куда тяжелее. Тошнотворнее. Все рассказы связаны между собой и являются продолжением друг друга, все описывают невыносимые телесные мучения, пытки, превыше которых - долбанутая на всю голову философия. Рождения Спасителя и Антихриста - одновременно, в анамнезе. К женщинам отношение паршивое, мужчинам достается ничуть не меньше - существование представляется как нечто само по себе тщетное, но все же мужчины тут больше личности.
Читать эти рассказы болезненно почти на физическом уровне, художественная ценность сомнительна куда больше, чем в первой паре томов "Берсерка". Не советую.

Т. Колодзейчак "Прикосновение памяти" - это фантастика, с фэнтези ничего общего. Разлученные возлюбленные общаются через кота. Потому ГГ больше всего на свете кота и любит. В описаниях котов, кошек и котят в этом рассказе чувствуется несомненная любовь, большая, чем в отношениях возлюбленных. Умирающего кота жалко до слез. В общем, да, сентиментализм. После рассказов Соботы - как глоток свежего воздуха.

Т. Колодзейчак "Ночной концерт" - снова фантастика. Что-то в этом сборнике все под одну гребенку. А Колодзейчак, похоже, очень любит животных. Этот рассказ светлее предыдущего, мне понравилось.

Я. Дукай "Мухобой" - и опять фантастика. Планеты, Проходы, инопланетяне. Признаюсь честно - на этом рассказе я ужасно скучала, хотя неприятным и кишковыдирающим он мне не показался. Интересен момент с растениями, которые повторяют фразы и звуки, издаваемые людьми. Конец постмодерновый на все сто, но все равно скучно. Наверное, я - не целевая аудитория.

34) Овидий "Метаморфозы".
Самое интересное в книге - это комментарии. И еще топоним "Аретуза" - бьюсь об заклад, пан Анджей Сапковский именно его использовал для своей школы чародеек. Интересно и то, что римскими богами, одолженными у греков, дело не ограничивается, - упоминаются и египетские, и даже шумерские боги, и не всегда как поверженные противники "своих" богов. Много их было, "своих", видать. Точнее, одолженных.
Если бы мое непредвзятое отношение к литературе, когда все глотается скопом, без разбору, еще было бы в полной мере со мной, - "Метаморфозы" могли бы мне понравиться. Это сборник мифологических сюжетов разной степени трагичности, на который автор явно потратил море труда и провел кучу исследовательской работы.
Теперь же "Метаморфозы" воспринялись как руководство по издевательствам над женщинами. Если ты король или бог, то можешь преследовать бедняжку, пока она не предпочтет превратиться в дерево, лишь бы не быть с тобой; можешь изнасиловать ее и вырвать ей язык щипцами, чтобы никому об этом не рассказала; можешь превратить неугодную тебе девушку в реку - только тут ее и видали. Если же какая-нибудь женщина пожелает отомстить мужчине, она непременно будет представлена как страшная злодейка, право на месть есть только у мужчин. Если при этом у нее были законные основания на месть, боги все равно спасут обидчика - превратят его в птицу, к примеру. Женщины над женщинами тоже могут издеваться, кстати. Например, если твой муж уходит к другой - отомсти ей немедленно (нет чтобы его послать подальше, он же снова будет изменять). Если какая-то женщина начала хвастаться своим умением или семьей, пусть даже обоснованно, - разнеси все, что у нее есть, убей ее родных, а ее саму преврати в паука. А нечего хвастаться, сиди под каблуком культуры и не смей посягать на то, чтобы быть хоть в чем-то лучшей, дорогая. Женщина должна знать свое место.
Примечательна история Ифис (Книга девятая, 666-797). Бедная девушка должна была умереть при рождении - отец так хотел сына, что дочерей планировал убивать. Но мать защитила Ифис и всем солгала, что это мальчик. Вот пришла пора Ифис жениться. И что бы вы думали? Помолились они с матерью - и стал Ифис мужчиной. Такая вот "счастливая" история: хочешь, чтобы тебя приняло общество - откажись от своей женской сути.
Неудивительно, почему в нашей культуре многие ужасные вещи считаются допустимыми. Все - в литературе, созданной еще в начале нашей эры.
В конце "Метаморфоз" Овидий скромно утверждает, что его труд останется в веках, пока будет стоять Рим. Что же, на две тысячи лет он точно уцелел, - благодаря переписчикам, которые выбирали из возможных текстов именно "Метаморфозы". Сборник древнеримских верований, одолженных у покоренных народов и развитых согласно требованиям времени.
Кстати. Овидий умер в 17 году нашей эры, - ровно 2000 лет назад.))
запись создана: 07.08.2017 в 06:11

@темы: флэшмобы, из литературной жизни, из жизни

URL
Комментарии
2017-08-08 в 08:55 

Mallari
Я люблю оружие), драться - не люблю)
Какая жуть :str::emn::facepalm:

2017-08-08 в 12:59 

Laora
Милосердие выше справедливости (с)
Mallari, да, жуть) Но что это однозначно плохо, сказать не могу. Книги Евгении Мелемины всегда меня трогают - это далеко не всем удается. Их интересно читать, хочется узнать, что будет в конце.

URL
Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

Множество граней самоанализа

главная