Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
13:00 

Книжный флэшмоб, продолжение.

Laora
Милосердие выше справедливости (с)
Буду кратко писать про каждую из прочитанных книг - и периодически поднимать запись. : ))

1-18)

19) А. Сапковский "Сезон гроз".
Очень постмодернистское, я бы сказала, продолжение цикла о "Ведьмаке". По факту, это не продолжение, а дополнение - действие происходит где-то между первыми двумя книгами, Геральт уже расстался с Йеннифэр, но еще не снял проклятие с Адды.
Это одна цельная история с минимумом интерлюдий, история про приключения Геральта, хотя Лютик тоже играет немаловажную роль. Есть элементы детектива, хорошая порция человеческой несправедливости, сказочный конец, много боевки и много значимых для сюжета женщин. Не обязательно благосклонных к Геральту. Ситуацию делает более пикантной и то, что практически всю историю Геральт расхаживает без своих мечей. Готовый сюжет для новой игры, короче.)
Я бы сказала, это самая линейная история о Геральте из написанных паном Анджеем. И самая постмодернистская - за счет намекающего конца. Геральт - это уже миф, а мифы живут вечно.

Затронуты некоторые актуальные проблемы, например, экспериментов над людьми и ядерного оружия. А еще - проблема запрета абортов. Цитата (здесь и далее - фанатский перевод из Сети):
"- До наших ушей дошло, – сердито засопел он, – что бабам, которые не хотят иметь детей, почтенная госпожа Нейд предоставляет магические снадобья. А тем, кто уже беременны, помогает избавиться от плода. Мы же здесь, в Кераке, считаем подобную практику аморальной.
- То, на что каждая женщина имеет естественное право, – сухо ответила Коралл, - не может быть аморально ipso facto.
- Женщина, - король выпрямился на троне своей тощей фигурой, - имеет право ожидать от мужчины только двух подарков: к лету ребенка, а на зиму лапти из лыка. Как один, так и другой подарок предназначены для того, чтобы удержать женщину в доме. Ибо дом есть место самое подходящее для женщины, предписанное ей самой природой. Беременная женщина, да еще с привязанным к юбке потомством, не сможет отойти от дома, и не придут ей в голову всякие глупости, а это гарантирует душевный покой мужчины. Спокойный же душой мужчина может тяжко трудиться ради приумножения благосостояния и процветания своего правителя. Работающему неустанно в поте лица и спокойному за свою чету мужчине тоже не придут на ум глупые помыслы. А когда женщине кто-нибудь втолкует, что она может рожать, когда захочет, а когда не хочет, то и не должна, да еще вдобавок подскажет ей способ и подсунет для этого средство, тогда, уважаемая, общественный порядок начинает расшатываться. (...)

- Женщина, не желающая быть матерью, - тянул Белогун, - женщина, не привязанная к домашнему хозяйству, колыбели и детям, очень скоро поддастся похоти, факт очевидный и неизбежный. И тогда мужчина утратит внутренний покой и душевное равновесие, в его прежней гармонии что-то мгновенно заскрипит и засмердит, и вдруг окажется, что нет у него уже никакой гармонии, ни порядка. Особенно того порядка, который обеспечивает каждодневную упорную работу. А также и плоды этой работы, пожинаемые мной. А от таких мыслей всего шаг до беспорядков. До бунтов и восстания. Понимаешь, Нейд? Тот, кто дает бабам средства для предотвращения беременности или ее прерывания, тот подрывает общественный порядок, провоцирует бунты и мятежи. (...)

Литта ничего не имела против демонстрации авторитета и властности Белогунa, она прекрасно знала, что как чародейка она неприкосновенна, а единственное, на что способен король, это пустая болтовня. Однако она воздержалась от отдельного упоминания того факта, что в его королевстве уже давно все скрипит и смердит, что порядка в нем кот наплакал, а единственная гармония, известная его жителям, это музыкальный инструмент, разновидность аккордеона. И что приплетание к этому женщин, материнства и уклонения от него доказывает не только его женоненавистничество, но и кретинизм" (с).

"Сезон гроз" был написан в каком-то роде как ответка на игры по "Ведьмаку" - и, наверное, отчасти сериал. Тот самый, многострадальный, 2002 года. В частности, тут есть кикиморы, как в игре, снадобье "Иволга" из игры, вина из Туссента, куда более сильный, чем в играх, знак Аард, знак Гелиотроп, которого не было в первой игре, но который появился во второй, и новый знак, Сомн, усыпляющий, с которым пан Анджей нехило так протроллил в конце. Прелесть постмодернизма именно в "а, понимай как знаешь" - в том, что читатель нередко становится важнее автора. Думаю, на это пан Анджей и упирал.

Еще в "Сезоне гроз" есть одна очевидная отсылка к Толкиену - на закрытые магией двери ставится одинаковый фабричный пароль, угадайте, какой, много интересных и точных наблюдений вроде "заверения о безопасности телепорталов можно было поместить в одном разделе с утверждениями: мой песик не кусается, мой сынок хороший мальчик, это тушеное мясо свежее, деньги я верну не позже послезавтра, я ночевала у подруги, в моем сердце горячая любовь к родине, а также: ответь еще на несколько вопросов, и мы тебя тут же отпустим" и... отсутствие романтизации слэша. Притом, что про Геральта и Лютика после этого романа смело можно писать слэшный фанфик, и не один. Уверена, кто-то из фанатов уже так и поступил))

Мне роман очень понравился.

20) У. Шекспир "Перикл. Зимняя сказка. Буря. Поэзии".
Сборник тех редких драм Шекспира, которые с уверенностью нельзя отнести ни к комедиям, ни к трагедиям. Все, кроме поэзий, - самое позднее творчество, с 1609 по 1612 год. Исследователи называют "Перикла", "Зимнюю сказку" и "Бурю" трагикомедиями - потому что начинаются они с трагедии, а заканчиваются счастливо. Хотя насчет "Бури" еще можно подумать.

"Перикл" - вещь, для Шекспира нетипичная. Вероятнее всего, написана в соавторстве. Исследователи полагают, что Шекспир написал только последние три акта "Перикла", автор двух актов предыдущих - с высокой вероятностью некто Джордж Уилкинс. Этим-то и можно объяснить раздерганность первой половины пьесы. Сначала Перикл узнает страшную тайну и бежит, скрываясь от гнева другого царя; потом он участвует в рыцарском турнире, которых в то время явно не было, но нафиг анахронизмы, у нас литература; рыцари Круглого стола на деле тоже едва ли участвовали в турнирах, да и стола-то наверняка как такового не имелось. После этого Перикл женится, отправляется с женой на родину, узнав, что уже можно вернуться... вот тут, вероятно, в дело вступает Шекспир, и начинается все самое интересное. Перикл теряет жену, а дочь оставляет на воспитание людям, которые, когда она вырастает, хотят ее убить (тоже мне отец). Но дочь Перикла, Марину, не убивают - вместо этого она попадает в публичный дом. Критика публичного дома со стороны автора мне зашла отдельно. У Шекспира были очень прогрессивные взгляды.
Финал - трогательное воссоединение семьи, правда, насчет матери Марины слегка проспойлеренное. Есть у меня подозрение, что конец поначалу не должен был быть счастливым. Тайна, которую Перикл узнает насчет другого царя - это связь того с собственной дочерью. Вот это-то с Периклом и Мариной, как мне показалось, и было поначалу запланировано. Но Шекспир решил - к черту фатум, у нас тут другое время, а Перикл и так настрадался, мучить его дальше было бы несправедливо. Поэтому имеем поспешный ХЭ, пожалуй, даже с христианской моралью.
По сути, любую пьесу Шекспира можно сделать комедией или трагедией - всюду есть оба элемента. Вопрос в том, на какой ноте закончить.

"Зимняя сказка" - а здесь есть ревнивец, который чуть не погубил лучшего друга и верного слугу, погубил сына и почти погубил дочь с женой. И все без малейшей причины. Еще группа людей, послушавшихся его приказов, погибла по естественным причинам - буря там, медведь. Ничего страшного, ревнивца все простили. Подумаешь, бывает. Он же так каялся, так страдал.
И ведь не раскаялся бы, кабы не слово дельфийского оракула. А к оракулам сейчас не обратишься.
Лучший друг ревнивца - тоже тот еще фрукт. Угрожал сыну всеми карами за то, что тот полюбил девушку ниже него по происхождению. Да и ей самой, и ее отцу. У меня просто слов нет.
Но девушка волшебным образом оказывается равна герою - и все со всеми примирились, все всех простили. Финальный хэппи-эндный ход для меня стал на редкость приятной неожиданностью.
Эта вещь явно лучше "Перикла", лучше увязана, более вневременная, ее интереснее читать, и абсолютно все равно, где и когда все происходит. Но вот такое оправдание Леонта и Поликсена... ых. Это же чисто из-за их домыслов все проблемы. Причем в обоих случаях.
Мне оч понравилась Гермиона (жена ревнивца-Леонта). Хотя ее было мало, эти слова, к примеру, - красота: "Я всем мужьям советую запомнить: / Нас тридцать миль прогонишь поцелуем, / а шпорой - еле сдвинешь" (с).
Паулина, придворная дама Гермионы, тоже здоровская. И смелая. Как Леонт про нее говорит Антигону, мужу Паулины: "Ты, старый дуралей, / Ты стоишь петли, если не умеешь / Ей рот зажать". На что Антигон отвечает: "Но если всех повесить, / Кто не умеет рот зажать жене, / Мир опустеет". Святая истина. И к чему вообще затыкать женам рот, особенно когда они правы? И единственные осмеливаются отстаивать правду.

"Буря" - тут окончательный финал зависит от зрителей - открытый конец. Но в целом все закончилось благополучно, последний монолог Просперо - это не так обращение Шекспира к народу и театру, как дань тому, что Просперо - чернокнижник. Нельзя так просто простить чернокнижника, ведь правда?
Для меня драма ценна в первую очередь даже не сама по себе, а за счет литературных отсылок, которые к ней делают более поздние авторы. Во-первых, это, конечно, Фаулз с его "Коллекционером". Не сказать, что я фанатка Фаулза, но как-то так сложилось, что практически все у него читала. А началось все именно с "Коллекционера", главный герой которого называется Фернинандом и похищает художницу Миранду. Только он не Фердинанд, он - Калибан. И по-настоящему уродлив, и внешне, и в душе. Как жаль, что его некому было поставить на место с концами. Калибан шекспировский на место поставлен, а потому скорее смешон, чем страшен. Он поклоняется выпивке и готов называть человека, который дает ему выпивку, богом, кем бы тот ни был на самом деле. Нехилый такой троллинг.
Следующая отсылка - у... Толкиена, как ни странно. Гэндальф ссорит троллей в "Хоббите" точно так же, как Ариэль ссорит Калибана и двух матросов. И троллей, и Калибана сотоварищи - по три. Это совпадение не кажется мне случайным.
Далее - "Медный король" Марины и Сергея Дяченко. В их финале местный "Просперо" остается на острове один. Жестоко, но факт. Заслужил.
Гофман, "Крошка Цахес". Просперо там - отсылка к Просперо "Бури".
"Анжелика" Анн Голон и ее Жоффрей де Пейрак - как Просперо, схожесть несомненна.
И, конечно, Ариэль!)) Имя диснеевской Русалочки - оно дано ей не зря.
Ариэль - это самый интересный персонаж "Бури". Он всесилен, и при этом на посылках у Просперо. Просперо все время обещает освободить его - и никак. Обещает - и снова никак.
Думаю, Ариэль - это дух творчества.

Поэзии - отдельно стоит упомянуть поэму "Венера и Адонис", написанную в 1592-1593 годах. При жизни Шекспира это было самое популярное из его печатных произведений. Мало того, это произведение еще и самое откровенное из всего, что Шекспир когда-либо писал, и содержит два противоположных взгляда на любовь. Венера добивается страсти Адониса, а он, хотя не остается к ней равнодушным, упорно ее отвергает, дескать, охота ему важнее, то, о чем она говорит - все пустое и недостойное, какая еще любовь, он выше этого, он сильнее, аскеза и т.д. Ну, и кабан его в итоге убивает. А остался бы с Венерой - был бы жив и счастлив. Но неееет. О, благородный рыцарь из артуровского мифа, который строго блюдет целомудрие.
Адонис и Венера появляются и в других стихах.
Еще много стихов о старении, о том, что молодость не вернуть ни деньгам, ни труду, ни гриму. Шекспира явно это заботило - как и то, что девушки говорят "нет" искренне в одном случае - если кавалер в возрасте. Однако могли предпочесть и старого учителя молодому рыцарю, судя по тем же стихам.
Ну и думаю, что насчет гомосексуализма Шекспира - это слишком, товарищи. Я бы сказала, что он был би.)))

21) У. Шекспир "Макбет. Антоний и Клеопатра. Кориолан".
"Макбет" - жутко кровавая история. В ней есть плохая женщина и хорошая, и хорошую почти сразу убивают, а плохая живет до конца пьесы, и ее смерть даже не показана в кадре. Вывод?))
Вообще, в "Макбете" почти всех убивают. Это как срез истории, конец эпохи, - а конец всегда однозначен.
В пьесе есть три вещие сестры - ведьмы. Отношение к ним вроде как и негативное, вместе с тем подчеркнуто - ведьмы ни при чем, Макбет решал сам. И жена Макбета ни при чем. Макдуф мне сильно не понравился. Почему он не защитил свою жену и детей? Реплики его сына, ребенка, - зачетны на все сто.
Шекспир не отступает от тогдашней политики, представляя всех-всех шотландских королей, кроме убитого Макбетом, очень так себе. Об английских королях, наоборот, сказано с теплотой - чудотворцы, не меньше.
Интересно, что элемент фатума - так суждено - уже не играет той роли, что в пьесах Эсхила, скажем. Теперь дело не в фатуме, а в решениях человека, которые приводят к определенным последствиям. Появляется вера в справедливость: каждому по делам его.

"Антоний и Клеопатра" - а это история любви. И тоже не без крови. Интересно, что Антоний, когда его победили (потому что бежал с места сражения вслед за Клеопатрой, не в силах от нее отцепиться), озлился на Клеопатру так, что был готов убить, из ревности, возникшей, казалось бы, на пустом месте. Очень жизненно. Как и его готовность побрататься с недавним врагом, чтобы потом враждовать снова.
Забавно наблюдать, как, общаясь с Клеопатрой, Антоний, а позже и Долабелла меняются: из равнодушия в едва ли не раболепие. Еще мне понравились воины Антония: Энобарб и Эрос. Энобарб - практичный наемник, не обремененный идеалами, очень человечный. Но за предательство ему достается смерть.
Эрос (символическое имя!) не может убить Антония, когда тот ему приказывает. Вместо этого он самоубивается, и Антоний следует заразительному примеру.
В том, что Антоний ошибочно счел Клеопатру мертвой, как Ромео - Джульетту, лично я ничего трагического не вижу. Они уже проиграли, их уже не ждало ничего хорошего... правда, любопытно, что при этом именно они - в центре пьесы? Шекспир любовно выписывает историю проигравших, не победителей, потому что проигравшие тоже боролись. Они заслуживают почета, они входят в легенды - а значит, ничуть не проиграли.
Прислужницы Клеопатры прикольные. И они умирают вместе с ней, все трое, по собственному выбору. Вот откуда образ Клеопатры со змеей. На деле, может, и не змея это была.
Последний акт пьесы, где Антоний уже мертв, - особенный. Клеопатра поначалу вовсе не стремится умирать вместе с ним, она явно постарше Джульетты, в таком возрасте другие идеалы. Но она несомненно в глубоком потрясении, и новость о грядущем позоре добивает ее, лишает воли к жизни. Удивительная женщина.
Решение Цезаря похоронить Клеопатру и Антония в одной могиле прямо-таки трогательно.

"Кориолан" - пьеса, о которой я до прочтения не знала вообще ничего. Это удивительно, потому что у нее аж 5 экранизаций, одна из них - 2011 года, и действие там перенесено в наше время. Надо бы глянуть хоть одним глазком.
Суть: есть полководец, который добывает для Рима победу за победой, но при этом неучтив с народом. Не умеет быть вежливым, не умеет подстраиваться. Воин, не политик. Пожалуй, ему действительно свойственна гордыня... хотя я бы назвала ее просто тупостью. Неумением соответствовать - и нежеланием учиться. При этом Кориолан мне глубоко симпатичен, болела за него от начала до конца. Когда его изгнали из Рима, я злилась. Когда он воссоединился с бывшим врагом Авфидием, которого до этого побеждал двенадцать раз, и на его стороне, вместе с вольсками, шел жечь Рим, - я была за то, чтобы Кориолан Рим сжег. Кстати, вот вам и слэш - Авфидий обхаживает Кориолана "как невесту" строго по шекспировскому тексту.))
Но нет, Кориолан не смог. Его убедили мать, жена и сын. Так что Рим остался стоять, а бывшие союзники Кориолана вольски разделались с ним точно так же, как хотели разделаться граждане Рима. Только на этот раз изгнанием не ограничилось. Мораль: умей хоть где-то уживаться.
Мать Кориолана, Волумния, - просто супер. Ее речь действительно очень убедительная.
В начале пьесы Виргилия, жена Кориолана, рассказывает об их сыне - он играл с бабочкой, потом впал в гнев и разорвал ее ни с того, ни с сего. Думаю, этот момент знаковый: он описывает характер Кориолана. Вроде все нормально, а потом - ррраз! - и всплеск ярости, во время которого он не может себя контролировать, чем себе же в первую очередь и вредит.
И все же Шекспир показывает Кориолана классным. Ему сопереживаешь.

22) С. Малицкий "Миссия для чужеземца".
Книга - лауреат альфакниговской премии "Меч Без Имени" за 2007 год. Первая часть трилогии, которую я собираюсь прочитать полностью.
Очень похоже на Толкиена - если бы "Сильмариллион" и "Властелин Колец" подавались под одним соусом. И по неспешной структуре повествования, и по верной дружине, и по мифологии, и по структуре мира, и еще много по чему. Начало трогает лично - всех, кто кого-либо терял.
Без доброжелательного сексизма не обошлось: и парню тут надо пройти кучу пыток, чтобы стать парнем (особенность "мужской" инициации по патриархату), и девушкам "негоже браться за оружие", и "женщина - это прежде всего женщина, а потом уже воин". При этом к матерям оч нежное отношение, как и к девочкам, есть охотницы, проводница Линга (которая, впрочем, на мечах сражается подчеркнуто плохо), и - главный плюс! - большинство женщин названы по именам. Хотя их в разы меньше, чем мужчин, тем более, если говорить о значимости.
Не знаю, где сексизма больше - в "Миссии" или у Профессора. С одной стороны, у Толкиена женщина не входит в дружину, с другой, нет и такого подчеркнутого "она ведь женщина" в тексте, контексте и подтексте. Ставлю на то, что Лингу еще и запейрят с ГГ. Пока не знаю, хорошо это или плохо - по-разному можно подать, только от подачи все и зависит.
Мне размеренное повествование показалось скучноватым - в отдельных местах отчаянно не хватает динамики, показаны даже те события, которые не имеют никакого значения. И еще в книге очень странные имена (а пан Анджей предупреждал!).
Зато психологически она хорошо ложится. Думаю, тест Эллен Уиллис с некоторой натяжкой прошла бы. И есть такие описания вкусной еды, что слюнки капают.
Еще мне понравилась фраза "Думать о худшем - значит не готовиться к худшему, а пропитываться им!" (с). В книге вообще хватает рассуждений, некоторые близки.
Ностальгическая книга, буду читать дальше.

23) С. Малицкий "Отсчет теней".
Вторая часть трилогии "Арбан Саеш" после "Миссии для чужеземца".
Чего могу сказать - я втянулась. Эту книгу, в отличие от первой, по-настоящему интересно читать, она увлекает. Может, потому, что особенности мира и мифологии уже известны, в них не путаешься, и они наконец начали работать на атмосферность.
Кроме того, ситуация с сексизмом пошла на спад. Теперь его значительно меньше, даже доброжелательного, а женщин, наоборот, - больше. Они мало чем отличаются от мужчин, наконец-то начали говорить, причем достаточно важные вещи. И разнятся в том числе по характеру. Появились и значимые женщины среди врагов. Самый сильный маг мира Эл-Лиа - женщина, Барда. Тенденция называть всех женщин по именам, которая мне так понравилась в первой книге, сохранилась. Все это, вместе с тем, насколько захватывающим и последовательным стал сюжет, не могло не вызвать мою симпатию к автору. Видно, что он любит свой мир и своих персонажей. Причем всех. И психологическая достоверность остается, да и крутость главного героя тут все-таки получше разбавлена. Хотя он мне вообще с самого начала зашел, все потому, что его без особых проблем для сюжета можно заменить на девушку. Приятный парень, а что намеки на его пейринг с Лингой продолжаются - это ОК, тут все гармонично.
Кроме того, автор не спешит судить сплеча, в том числе о том, что отличается от привычного ему. У него прогрессивные ценности.
Вот эта цитата мне очень понравилась: "Не говорите друг о друге. Воины не обсуждают друг друга, если кому-то из них нужно выразить недовольство, он говорит о самом себе".
Главная интрига, связанная с местным пантеоном богов, остается нерешенной, несмотря на то, что последние страницы обеих книг посвящены как раз ей.
Во второй книге стало меньше чуваков со странными именами, которые то и дело появляются будто из ниоткуда в ужасающих количествах, зато гораздо больше - приключений, от которых не оторваться.
Мне оч интересно, что будет дальше. Первые две книги могу с уверенностью советовать.

24) С. Малицкий "Камешек в жерновах".
Третья, финальная часть трилогии "Арбан Саеш".
Народ, это жесть.
По порядку, о плюсах и минусах.
Плюсы: автору удалось создать собственный убедительный мир, со своей мифологией, своими интригами, на удивление самобытный. Историй, в которых именно мир и его мифология так трогает, не так много, обычно все упирают на сюжет. Главная интрига - с сущностью Ангеса - разрешилась именно так, как я предполагала. Автор не слил архетип, он вообще ничего не слил. Расписал на совесть, постарался. Короче, премию "Меч Без Имени" ему дали не зря.
Минусы: в третьей книге самобытность мира отходит на второй план. Масса народу из первой книги тут упоминается только чтобы поименно перечислить, кого убили и каким именно образом. Из постоянных спутников героя - или двух героев, потому что Дан наравне с Сашем выступает наратором как ГГ - в живых остаются только их будущие жены. Причем обеим пришлось ой как подраться, чтобы себе жизнь сохранить, еще и относиться к избранникам с материнской заботой - потому что только материнскую любовь и любовь к матери автор определяет как настоящую. Не знаю, как к этому относиться. Но вот то, что таких мировых девчонок, воительниц, в итоге сводят к имуществу героев... это мне не понравилось. Есть, правда, еще раддская принцесса Альма, правительница. Но она заявлена как негативный персонаж, им и остается, пускай выживает.
Остальным женщинам, которые мне были более-менее симпатичны, приходят кранты. И не только им. И самое страшное - отупение героя по этому поводу передается читателю. Это не персонажи-картонки, они жили, они нравились, они были надеждой для героя, ради них я продолжала читать. Они создавали безопасный мирок внутри самих книг, куда хотелось погрузиться. Но вот их нет, мир в прямом смысле слова рассыпается - и все. То есть, ничего. Их не жаль, грустно от другого - насколько эта бессмысленная несправедливость ярко показана. Есть большой соблазн в нее поверить.
Сильно чувствуется влияние Толкиена, но это очень взрослая и очень жуткая его версия. Если у Толкиена злу всегда можно противопоставить добро и песню про дрозда, то тут с добром и злом все хреново. Понятия подменяют друг друга, и можно сказать - это "как в жизни". Только жизни ужасной, когда ради сохранения своего существования идешь на что угодно.
Пожирание мертвечины на уровне официальной армии, состоящей преимущественно из людей, в которую входит сам ГГ, - это еще так, цветочки.
Есть в "Арбан Саеш" и намеки на "Берсерка". Уверена, что автор в курсе: Линга, согревающая Саша своим телом, как Каска - Гатса, определение "камешек в жерновах", загадка об истинной сущности существа, совершившего (совершившего ли?) непростительное в прошлом. Но, честное слово, "Берсерк" намного светлее.
Есть очень даже реальная чаша Грааля из артуровского мифа, христианская. Не женщина, как в первооснове мифа, нет. Что уже говорит о книгах не особо хорошо насчет отношения к женщинам - хотя с этим у Малицкого по сравнению с тетралогией Пехова "Страж" намного лучше. Не он такой, условия жизни такие.
Есть мотив убийства бога, и подлого, и самоубийства, чтобы спасти мир. В обоих случаях боги не воскресают - тут архетип нарушен. Зато в общую безнадегу оч даже вписывается.
Есть даже намек на скандинавский миф про Фенрира, откусившего Тюру руку. Тут руки лишается принц Тиир, а вместо волка у нас волчица. И здесь подстава с гендером.
Книга оставляет очень мутное впечатление: плохая жизнь, постоянные перегрузки и болезни, за которые ГГ испытывает почему-то гордость - вместо того, чтобы позаботиться о себе, а потом и о других, он гордится тем, что ему никого не жалко - ни себя, ни остальных. Вот она, цена выживания.
При этом в родном мире герой не остается - выбирает параллельный, где и творится вся вышеперечисленная жуть. Что как бы намекает - в мире нашем все еще хуже, чем там.
Читать на ваш страх и риск.

25) М. Лаюк "Баборня".
"Баборня" - слово, обозначающее дом для престарелых. Сама книга построена как мемуары 71-летней женщины, учительницы в школе, которая всегда умела заставить мир вращаться вокруг нее и не считала свою профессию чем-то зазорным. В возрасте 71-ого года женщина узнает, что самая большая трагедия в ее жизни была не более чем совпадением, исполненным бессмысленной жестокости со стороны двух ее мужчин. Ни один из этих мужчин не любил ни ее, ни кого-либо еще. Оба они показаны теми еще засранцами, книга их обличает. И за это мой глубокий поклон Мирославу Лаюку.
Не всякому мужчине удастся так точно описать большую часть переживаний женщины. Лаюку - удалось. В результате его героине сочувствуешь, с ней себя ассоциируешь, и читать ужасно интересно - так редко бывает с совсем новыми для себя авторами.
Особенно классный конец. Там, где у героини открываются глаза, и где она наконец начинает жить по-настоящему. Перестает оценивать других, помогает им. И ее отчаяние в конце трогает до слез.
У меня вопрос к украинской прозе. Как так случилось, что мы видим в бездомных людях - святых? Почему так происходит? Может, потому, что, видя их, мы подсознательно радуемся, что не оказались на их месте? Или потому, что на их месте может оказаться каждый?
Уже не в первом и даже не во втором украинском романе наблюдаю эту сакрализацию.
Спасибо большое Мирославу Лаюку за такое количество ярких и сильных женских образов. Украина всегда была страной сильных женщин, здорово, что это есть в романе. И здорово, что безнадега тут не выглядит таковой - все дело в филигранной подаче.
А еще спасибо Ире Ралко и Наталье за книгу :heart:

26) С. Малицкий "Компрессия".
Малицкий продолжает меня удивлять. Все его книги - не то, чем кажутся на первый взгляд.
Первые страниц двести я плевалась и мечтала, чтобы книга поскорее закончилась. Отношение к женщинам - просто атас. И работу любую они делают хуже, чем мужчины (зато реже срываются, типа девочки старательней), и чтобы выбрать жену, надо хотя бы с десятью женщинами переспать, а потом еще десять лет подождать, причем выбрать не ту, которая нравится, а ту, которая "приведет к победе" (то есть, будет более удобной; выбирать надо не человека, а предмет, короче). Вдобавок ко всему, главный герой не может выбрать между любимой и любовницей, женой своего друга, которая без него жить не может. И винит во всем, разумеется, любовницу - типа, ну он же не может ей отказать. В итоге он портит жизнь и ей, и своему другу, и себе. А любимая... любимой никогда и не существовало. Есть у него и еще одна любовница, и тоже ведет он себя с ней... не очень. И всем врет.
Во второй половине книги начались чудеса. Во-первых, меня не на шутку увлек общий сюжет - идея компрессии оч интересна, как и психосоматика: если сказать кому-то, что прикладываешь к его руке рабочий паяльник, на руке человека появится ожог, даже если паяльник был холодным и отключенным. Потому что человек поверит. Так на руках верующих появлялись стигматы. Неожиданных сюжетных поворотов тоже море, от начала до конца. И персонажи, основная пятерка мужчин плюс несколько женщин, раскрыты на отлично. Мне больше всего понравилась Моника. Она правда земная, настоящая. И очень сильная.
Во-вторых, все переворачивается с ног на голову: про выбор жены рассуждал главный негодяй книги, как оказалось, и сам ГГ - не особо хороший человек, автор не стремится его оправдывать. Другое дело, что Моника правда погибает из-за ГГ, как и его друг, и этого не исправить. Автор, как и ГГ, ничего не собирается с этим делать. Вместо действий уставший от всего ГГ, раздолбавший собственную жизнь, бежит от нее в глюки. И это очень в духе классической русской литературы.
В книге чувствуется явственное влияние "Темной башни" Стивена Кинга и романов Лукьяненко. Наверняка еще что-то мимо пробегало, но не суть. Все равно раскрыто на особый авторский манер.
Знаете, при каком раскладе в этой книге не было бы финальной трагедии? Если бы автор позволил действовать своим женским персонажам. Если бы они у него не были только дополнениями к персонажам мужским. Но нет, такой расклад он полагает немыслимым, при этом препарируя худший страх своего сволочного к женщинам героя: что это женщины всегда будут его бросать. Потому он бросает первым, а они все равно к нему тянутся. И все равно бросают.
Поэтому все заканчивается бесполезной местью и финальным сюжетным тупиком: потому что женщин оставили "при мужчинах", не дали им ни шанса на то, чтобы проявить себя. Хотя вот Моника могла бы.
При этом книга безусловно хорошо написана. Ее интересно читать, я почерпнула для себя из нее несколько полезных идей. Нет, это не фантастика - фантастику нужно писать не так. Это запутанный роман про отношения бывших друзей, причем наш ГГ и тут успел - жены тех его друзей, которые женаты, обе успели побывать в его постели.
Я бы написала этот роман иначе, с упором чисто на фантастическую составляющую - и это была бы совершенно другая книга.
Цитата, которая мне понравилась: "Красивые слова нужны, когда все хорошо, солнышко светит. Или не светит, и все плохо, но на самом деле - все хорошо. А сейчас ведь все плохо и так, и так. Сейчас надо говорить просто и коротко". Очень этой простоты и краткости иногда не хватает, в том числе в художественных произведениях. Художественные приемы, если они есть, хорошо бы были оригинальными и уместными.
К моему величайшему удивлению, я скорее довольна книгой, чем наоборот. Не жалею, что прочитала.

27) Е. Плясецкий "Троеручица и другие".
Прочитала я эту книжку - а ее даже на лайвлибе нет. И в свой читательский челлендж добавить - никакой возможности. Негодую.))
Книгу мне подарили от издательства, вместе с другими 4, когда получила третью премию на проводимом ими литконкурсе. По факту это роман. Вот она, прелесть современных украинских романов - большую часть из них можно прочитать часа за 2-3, максимум за 4. Хотя ситуация постепенно начинает налаживаться))
84 страницы романа можно читать с одной стороны книги, 84 - с другой. Исторические справки религиозного характера перемежаются с тем, как автор эти вставки трактует, и с историями из современной жизни, в которых с одной стороны фигурирует некто Константин, похожий на гея, но не гей, и у него две девушки, обе Ринки, и он не может между ними определиться, как между дружбой и любовью, читает роман сам про себя и уезжает в итоге из города обратно в свое село. Эту историю ужасно интересно читать, при всей ее несомненной постмодернистской бредовости. А может, благодаря ей. Мне еще очень понравились рассуждения большой любви Константина, насчет того, что гей, если он нормальный, - это человек, все с ним в порядке. А вот сексист - не человек, потому что у него искажены человеческие ценности.))
С другой стороны книги большую и интереснейшую часть занимает рассказ про парня, который разрывается между девушкой Алиной и другим парнем, Явом. Причем обоих он и любит, и ненавидит. И ненавидит, наверное, сильнее. В Алине, богатой, не умеющей готовить, которую он не хочет, но с которой спит, есть "только гниль". Яв и того хуже - во-первых, он вообще "пустой, в нем даже гнили нет". Во-вторых, Алина, хоть и не умеет, но готовит, и ее еду можно есть. А Яв не готовит - он требует этого от нашего ГГ, который все время упоминает, дескать, кормить надо "эту сволочь".
Кульминация истории - когда ГГ начинает подозревать, что Яв и Алина переспали. Ух как он на них злится, но ничего не выказывает. Примечателен именно характер его страданий, которые из трагичных плавно переходят в комичные. Идут они с Явом от Алины домой, Яв что-то объясняет, ГГ оборачивается и целует его. А тот возьми и ответь. Как на это реагирует ГГ? Правильно, "Козел!!!".
Рассказ показался мне жутким стебом на тематические мелодрамы - во-первых, Ява, оказывается, никогда не существовало, это часть личности самого ГГ; во-вторых, Алина умирает при родах - ее сын то ли от ГГ, то ли от Ява; в-третьих, самый жуткий секрет ГГ - отнюдь не то, что он гей, а то, что он бесплодный. И это атас, товарищи. В финале ГГ отчитывается: Алина была лучшей из женщин, с мужчинами у него отношений не было, сын Алины - это и его сын, подумаешь, ошиблись насчет его бесплодия, и этот сын идеален, и он познакомился с девушкой, почти такой же идеальной, какой была Алина, а сам ГГ у нас теперь - звезда, каким был Яв.
И вот тут стеб снова переходит почти в ангст - потому что мы не знаем, верить ГГ или нет. А если он все наврал? Если Яв существовал на самом деле? Вот вам и особенность постмодернизма.
Еще в этой части размещены размышления автора по поводу того, что Адам как раз был женщиной, а Ева - мужчиной. Вот и решайте, что на это сказать.))

28) У. Галич "Шаги за спиной".
Сборник из 17 мистических-хоррорных-готических рассказов, которые далеко не всегда хорошо заканчиваются и достаточно часто оказываются совсем не тем, о чем читатель подумал. Автор с нами играет. Иногда. А иногда - нет. Это очень опасная грань, она щекочет нервы.
Пока читала, все время вспоминала Стивена Кинга - и, неожиданно, Ладу Лузину. Хотя у Лузиной другие основные жанры, некоторые мотивы совпадают. Наверное, общие для сильных женщин, которые ненавидят насилие и не собираются его прощать.
Рассказ "Кубло" мне вообще показался аллюзией на отношение к женщинам в повседневной жизни: церковь приучила ненавидеть гадюк и считать их существами из тьмы, хотя змеи больше кого бы то ни было любят солнце. В этом же рассказе есть любопытная фраза: "Скоро мальчик вырастет и научится гордиться тем, что он мужчина, и начнет презирать женщин, но пока что Али - обычный ребенок" (с). Вот так-то.
Больше всего меня тронул (напугал, наверное, тоже) и заставил задуматься рассказ "Неудачный день". Он мрачный и ужасный вовсе не из-за эпидемии, которая охватила весь мир. Еще понравился "Второй скелет", позитив про привидения, и "Стейк с кровью и базиликом" - тоже приятная вещь, жуткая, конечно, но, как и "Второй скелет", без сомнения справедливая.
У рассказов очень богатый язык.
Здесь, у себя на фейсбуке, написала о каждом по несколько предложений.

29) Антология "Большая книга вампиров".
Уже читала этот сборник раньше - с завораживающей обложкой от Владимира Гуркова. Возмущалась, что ни вступительной статьи нет, ни составитель сборника не назван, ни логика, по которой отбирались произведения, не понятна. Кроме того, оказалось, что в книге не назван Огюст Дерлет - соавтор рассказа Г. Ф. Лавкрафта "Наследство Пибоди". Да и имен переводчиков не видно. В общем, это чья-то контрабанда.
В остальном к подборке у меня нет никаких претензий - ее было очень интересно читать.

"Аббатство кошмаров" Томаса Лава Пикока тут не по праву - никаких вампиров там нет, и сама повесть - скорее стеб. Я уже не так давно ее читала - конец номера 6) в этом списке, - и тамошний перевод больше советую. Он помогает оценить произведение лучше.

"Вампир" Джона Уильяма Полидори - ужасно скучный рассказ, в котором все, вдобавок, плохо заканчивается, а хорошие женщины мрут вернее плохих. Интересна фраза о том, что полученное от вампира богатство приводит к еще большей нищете. Сам вампир - какая-то картонка.
Зато! Знали ли вы, что автор этого рассказа был личным врачом Байрона, а сам рассказ написал фактически со слов своего нанимателя? Художественного таланта Полидори, может, и не хватило, зато этот рассказ про вампира был первым в истории литературы.

"Кармилла" Жозефа Шеридана ле Фаню - ооо, а эта повесть мне ужасно нравится. Уже упоминала: тут самый настоящий фемслэш, Кармилла/Лаура. Занимательно наблюдать и за тем, как именно окружающие догадываются о демонической сущности Кармиллы... вот только с ее смертью Лаура не становится счастливой. Кто-то скажет - ПТСР, и так оно и есть. Но вместе с этим, мне кажется, Лаура действительно любила Кармиллу. Может, если бы ту не убили, Лаура стала бы ее спутницей в вечности? Или нет. Наверное, тогда такой мотив был не в тренде - вампиров не собирались идеализировать и оправдывать.

"Наследство Пибоди" Лавкрафта и Дерлета - тоже преинтересный рассказ, правда, речь тут о колдуне, а не вампире. И мне конец зашел.

"Олалла" Роберта Льюиса Стивенсона не имеет никакого отношения к вампирам. Тут речь идет скорее о безумии - и в центре повествования аж две женщины, наравне с двумя мужчинами. Признаться честно, Стивенсон всегда нравился мне тем, какое значение уделяет женщинам в своих историях. Может, это потому, что он шотландец. Его ГГ в "Олалле" вдобавок не католик.
А вот какие чудесные фразы я у него вычитала: "Словно законы природы отдавали ее мне, даже не спрашивая на то ее желания, та же сила, которая заставляет камень упасть на землю, неудержимо влекла ее ко мне. Меня начинал бить озноб при одной мысли о такой любви. Мне хотелось, чтобы во мне любили мою душу, сердце, разум, а не телесную оболочку. Я даже начал испытывать глубокую жалость к себе и к Олалле".
Чувак настолько уважает женщину, что не хочет с ней мимолетных отношений - ему сама мысль претит, притом, что он нормальный здоровый человек. Мне это ужасно понравилось. Можно было бы посчитать эти слова елейным притворством, но сам сюжет подтверждает уважение ГГ к своей избраннице: он позволяет сделать ей выбор, с которым глубоко и искренне не согласен. Потому, что, как бы она ни называла себя глупой в этой повести, его уважение неподдельное.

"Гость Дракулы" Брэма Стокера похож на рассказ, заманывающий к прочтению самого "Дракулы". Рассказ, к слову, гораздо легче напечатать хорошим тиражом)) Понимаю и поддерживаю.

"Настоящая история вампира" Эрика Стенбока в чем-то похожа на "Кармиллу", только тут речь идет о мужчине и мальчике, не о двух девочках. Мальчик почти святой, походу - не зря его зовут Гавриил, и послушать, как он играет на дудочках (!), собираются все звери лесные. Но от вампира это его не уберегает. Интересно, что сестра мальчика вполне себе выживает и даже открывает приют для животных - мне нравится такой конец.
Это второй после "Кармиллы" рассказ в сборнике, где повествование ведется от первого женского лица. К слову, героиню тоже зовут Кармилла))) Отсылка? И кого к кому, в таком случае?

К слову, не от первого лица в антологии только "Аббатство кошмаров" и "Вампир". Остальное - как раз от первого, это своего рода готическая традиция, как и перенесение событий в экзотические для писателей-англичан места - Саврия, Испания, Италия (вспоминаю "Итальянца" Анны Радклиф).

"Дочь Лилит" Анатоля Франса - единственный в сборнике перевод с французского. И в нем опять нет ничего вампирского. Вот такая антология - половина историй не про вампиров. Но в общую концепцию вполне себе вписывается. Этот рассказ мне напомнил Бычкову и Турчанинову, "Glorioza Superba". Суть - внеземная женщина, которая хотела бы быть земной.
Поразительно, как в жанре мистики подчеркивается значимость женщин. Не потому ли он так мне нравится? *_*

После этого сборника захотелось припасть к Лавкрафту и Стивенсону и прочитать у них все, что только можно.

30) Антология "Вампиры. Путь проклятых".
Составляли антологию Генри Лайон Олди - Дмитрий Громов и Олег Ладыженский. Больше чем на половину из их творчества антология и состоит. В целом, каждое произведение в ней раскрывает именно вампирскую тему (в отличие от предыдущей антологии) - и с достаточно неожиданной почти во всех случаях стороны. Так что мне скорее понравилось, чем нет, - именно в плане идей.
О повестях и рассказах, вошедших в антологию, по порядку.

Генри Лайон Олди "Живущий в последний раз" - по этой повести видно, что Олди писали с Дяченко в соавторстве. Вселенная, где у каждого человека девять жизней, как у кошки, и количество прожитых можно увидеть по количеству "браслетов" на запястье - причем первый дается от рождения. На людей охотятся варки - местный вариант вампиров, существ с чистыми запястьями, Не-Живущих. Повествование о главном герое, родившемся с девятью браслетами на запястье, прерывается разнообразными легендами-обрывками из его мира, большинство из которых посвящено варкам.
Читать тяжело, куда тяжелее, чем Дяченко. Рассчитано на неоднократное перечитывание - каждый раз можно наверняка выхватить что-то новое, но в целом впечатление за счет кучи идей и малого объема скомканное. Основной смысл повести при этом очевиден - одной жизни вполне достаточно.

Генри Лайон Олди "Кино до гроба и..." - рассказ о том, как правильно снимать ужастики. Читается живенько и несколько сюрреалистично, с таким... характерным юмором, постсоветским. Юмор от отчаяния, юмор, чтобы не впасть в депрессию.
Вот эта фраза меня позабавила: "После осмотра места происшествия, замеров и фотовспышек труп также проявил чувство юмора и исчез".))
Конец сюрреалистичен на все сто.

Генри Лайон Олди "Сказки дедушки-вампира" - ужасной несвободой веет от этой подачи, сразу вспоминаются патриотические рассказы, за которыми не видно людей.
Впрочем, тут и не должно быть людей - ведь рассказ о вампирах. И не только. Вампиры воюют против инопланетян, а на их стороне "якши Фуцзяни и Хэбея, зомби Бенина и зумбези низовий Конго, алмасты Бишкека и тэнгу Ямато, ракшасы Дели, гэ Ханоя, гули Саудовской Аравии, уаиги Осетии, ниррити Анголы, полтеники Болгарии, бхуты Малайзии и Индонезии".

Дмитрий Громов "Путь проклятых" - повесть сольная, без Олега Ладыженского. Надо сказать, читается она интереснее и поначалу даже "свободнее", чем предыдущие произведения в антологии. Внутренняя несвобода прорывается позже, ближе к концу - странным образом именно она делает повесть глубже.
Повесть оч музыкальная, в ней цитируются песни Арии и Металлики, когда-то горячо мною любимые, аж переслушать захотелось.
Восемнадцатилетняя Эльвира, которую ГГ называет кучей разных имен, от Эльвицы до Эли, влюбляется в самого ГГ - вампира. И обольщает его - конечно, она только о том и мечтала, чтобы стать вампиром. По мне, с ее характером все было хорошо, пока он не стал развиваться. Автор начал развивать его куда-то в сторону "женской" уязвимости. Но вообще, к Олди у меня в этом плане претензий фактически что и нет.
Цитаты, конкретно вампирские, которые мне понравились:
"Кусают собаки. А мы - целуем..."
"Кровь для нас скорее символ. Выпивая кровь жертвы, мы пьем ее силу, ее жизнь - и делаем ее своей! Вот за счет чего вампир поддерживает свое существование. А консервированная кровь - просто жидкость, не более". На крови животных тут тоже, кстати, не прожить. А вот сумасшествие и мееедленная, мучительная смерть для не "поевшего", то есть, не попившего вампира - вполне себе реальность. Медленная - потому что вампир даже без еды долго проживет, просто силы растеряет. Так и будет существовать - еще достаточно долго, совершенно обезумевший без еды, а сделать что-то, чтобы достать ее, не сможет.
Еще в этой повести отметилась аниманга "Хеллсинг". Потому что главный соперник нашего ГГ-вампира, Бессмертный Монах, ну оч похож на отца Андерсона. Живет пять с половиной веков, заложников не щадит, имеет духовный сан, как и подчиняющееся ему подразделение обычных людей, "не пренебрегает ничем: от чеснока и Библии - до автоматической винтовки с серебряными пулями".
Интересен и ход с тем, что вампир может ломать любые ограничения, которые над ним довлеют. Если не знает о них вообще - ломать их ему еще проще. Можно пить вино, заниматься любовью и даже выходить на солнце. Главное - преодолеть ограничения в своем мозгу.
Серебряные пули - да ну нафиг, ребята. Из серебра пули не получатся, технически невозможно. Выдумка Стокера, которую многие радостно подхватили.
Конец повести мог бы быть и пооптимистичнее. Но в целом, эта вещь мне если и не понравилась, то показалась боевой.

Дмитрий Громов "Координаты смерти" - это детектив, причем "космическая" фантастика. Но без "вампира" и тут не обошлось. Этот рассказ мне понравился без всяких "но", раскрывать интригу не буду.)

Далия Трускиновская "Шлюха" - речь скорее об энергетической вампирелле. Мне понравилось, как беспощадно обнажаются рассуждения женатых мужчин с детьми, которые решили гульнуть на курорте. А вот конец - нет. Он оправдывает вампиреллу - и при этом лишает ее самобытности. Опять все ради мужчины. Будь это ребенок, мать, сестра, подруга, - по мне, лучше бы легло. А таких историй спасения и так навалом - где женщина собой жертвует ради мужчины.

Джордж Локхард (он же Георгий Эгриселашвили) "Симфония Тьмы" - мне рассказ казался ужасно скучным. Не люблю затяяянутую философию, рассуждения о смысле и прочее.
Но так было до конца. Конец тут и правда неожиданный, имхо, не пожалеете.
Хотя вообще - стиль автора мне кажется ужасно неровным, в отличие от других авторов в сборнике.

Джордж Локхард "Израиль" - аццкая пародия на пана Сапковского. Главный герой - ведьмак Геральт, но куда менее щепетильный, чем у Сапковского, - несмотря на то, что посыл (нечеловеческое иногда более человечно, чем сами люди) совпадает. "Космические" элементы в наличии.
Не скажу, что понравилось - но это потому, что люблю Сапковского, в том числе.

Марина Наумова "Если ты человек..." - еще одно беспощадное обнажение рассуждений мужчины, который человечен в меньшей степени, чем девушка-вампир, убийца по определению. Впрочем, ему тоже в конце досталось, к моему немалому удовольствию.
Находка автора - автомобиль, который сосет из других автомобилей бензин. Вот такой вот вампир.)))

Марина Наумова "Стерва" - заметил вампир стерву, которая расхаживала по его городу, то ли влюбился, то ли взбесился. В общем, неравнодушен к ней - тоже этак типично "по-мужски". А оказалось, что она...
Стерва, в общем.))) Тоже надо до конца читать, не буду спойлерить. Одно скажу - ЭТА тема мне в вампиризме еще не встречалась!

Марина Наумова "Алое кольцо" - обычная история обычной ведьмы в таком-то колене. Действие происходит в параллельном фэнтезийно-городском мире. Угадайте, кто в этом мире приобщен к сетевому маркетингу.)
Отношения главной героини, Антории, с мужем и отцом оч понравились. Хотя муж все равно - спаситель как он есть. Но при этом она все равно значима и не то чтобы обижена.

Радий Радутный "За два года до..." - эта повесть мне не понравилась. Причина - плохое отношение к женщинам.

Яна Дубинянская "Фелиси" - рассказ о том, как чувак принял влюбленную в него девушку за вампиреллу. Конец ее был печален. Реалистично и горько.

Яна Дубинянская "За рекой" - еще более горький рассказ. Выданная замуж насильно, Марушка видит мужчину своей мечты... но с зубами у него, как и у ее мужа, явно что-то не то. Она защищается от него - и наверняка будет за это же и наказана, несмотря на открытый финал.

31) Э. М. Ремарк "На Западном фронте без перемен. Возвращение".
Два романа, условно связанные общим фронтом - и даже персонажами. Солдаты, активно действовавшие в первом романе, известны ГГ романа второго. Оба романа написаны от первого лица разных людей. В первом случае ГГ у нас - Пауль Боймер (Эрих Пауль Ремарк, такое второе имя было у Ремарка, пока он после смерти матери не взял себе вторым ее имя), во втором - некто Эрнст Биркхольц (Эрнст - имя ГГ Ремарка и в другом романе, "Время жить и время умирать", подозрительно похожее на имя Эрих).

"На Западном фронте без перемен" - это роман про саму войну, "Возвращение" - роман про возвращение с войны. В общем, разные таймлайны одного и того же события. И знаете что? Роман "На Западном фронте без перемен", притом, что ужасы войны там раскрыты гораздо больше, а ее бессмысленность куда очевиднее, мне понравился. А "Возвращение" - нет.

"На Западном фронте без перемен" - автобиографический в некотором роде роман. Как, наверное, большинство у Ремарка. Но этот роман - первый, Ремарка прославивший. Потому он самый "нейтральный" - именно он был у меня в программе на третьем курсе универа.

История о двадцатилетних, а то и младше, ребятах, которые убивают людей, ничего им, по сути, не сделавших. Их школьные наставники и унтер-офицеры - куда более страшные враги, чем те, кого они убивают по приказу - и от чьих рук умирают сами. Мне понравилась фраза о том, что, обладай все люди эмпатией, сочувствием к тому, что испытывает другой, особенным пониманием, никаких войн в принципе не было бы. На удивление актуально. Действительно, чувствуй мы боль другого человека как свою - мы бы никогда не причиняли никому боли.

Еще очень хорошо тут показано, как ломают молодежь и как она сопротивляется, несмотря ни на что, и как сама начинает ломать. Ремарк писал этот роман, когда самому было за тридцать, но этот бунтарский дух передал на отлично.

Я бы сказала, что в романе присутствует несомненный дух гомоэротизма - женщин практически нет, пленные русские в лагере сначала занимаются мужеложством и на этой почве дерутся, в бараках, если начинают онанировать, - то весь лагерь делает это вместе. А раз русские делают это вместе - то немцы наверняка тоже. Тем более, у ГГ и некоего Станислава Катчинского очень нежные отношения. Станислав всегда может раздобыть еду, печурку, теплое место найти, - вообще незаменим. И отношения равных, конечно же. В момент, где они с ГГ крадут гуся и уединенно его жарят, вписывается самое настоящее признание в любви. И, может, еще что-то кроме - что-то, что автор оставил за кадром из-за соображений времени.

Похожий момент будет и в "Возвращении", но не с участием ГГ. Там - скорее домыслы ГГ по поводу того, почему его женатый товарищ, Козоле, чуть не сошел с ума, когда убили его друга, с которым непонятно почему тусовались, "щуплого и похожего на ребенка". В общем, на взгляд автора, - привлекательного, у него и женщины делятся по такому принципу: на дите похожа - хорошо, нет - плохо. Но об этом позже. В "На Западном фронте без перемен" отношение к женщинам не кажется таким ужасным, как в "Возвращении". Можно даже понять, почему раненые в лазарете бунтуют, когда в семь утра монашки открывают дверь в палату, чтобы те послушали громкую молитву и песнопения. Люди тут мучатся, им плохо, голова трещит, только удалось уснуть - какие еще молитвы. Понятно, почему запустили в коридор бутылкой.

С медициной просто ужас. Руки и ноги рубят направо и налево, те загнивают, люди после ампутации умирают. Доктора "любят войну", потому что есть раздолье для экспериментов - в частности, один доктор ломает ноги солдатам с плоскостопием, чтобы были "правильными". Никто после такой операции нормально ходить не может, но люди на нее соглашаются - под давлением и потому что получить сломанные ноги лучше, чем вернуться на фронт, где тебя убьют.

Под конец солдатам поставляют настолько паршивую пищу, что у них начинаются проблемы с пищеварением - кровавый понос, дизентерия. Прелести войны. На фоне этого всего есть один самый яркий, пожалуй, момент романа - где ГГ и его товарищи прячутся в блиндаже, куда тащат двуспальную кровать, ловят двух поросят, под обстрелом готовят себе еду, прячутся, едят, курят, пьют... и бегают в туалет, потому что наелись слишком много жирного. Это как вверх-вниз - то они чувствуют себя королями жизни, то мучатся, голодают, умирают. Таких американских горок вне войны куда меньше. Но суть точно схвачена.

Правда и то, что еда - одно из самых доступных удовольствий. Мне, пока читала роман и описание разной снеди в нем, все время хотелось есть.))

История оканчивается с гибелью Станислава Катчинского, которого ГГ до последнего пытался спасти - но не смог. Притащил труп. После этого и сам ГГ якобы "умирает", и, может, к лучшему... потому что вернуться с войны, по мнению Ремарка, может быть сложнее, чем не вернуться.

Но мы-то знаем, что прототип ГГ, сам Ремарк, вернулся. ГГ "На Западном фронте без перемен" умер так же, как умерло прошлое "я" Ремарка. А может, умер вместо Ремарка - как вместо Гете умер его юный Вертер. Ведь не даром Ремарк после войны - это Эрих Мария Ремарк, а не Эрих Пауль Ремарк. Хотя его сестру, как и сестру его персонажа Пауля, по-прежнему зовут Эрна.)

ГГ "Возвращения" и его товарищи - другое дело. Они-то как раз вернулись - считают, что все им вокруг обязаны. Многие из них не могут прижиться в мирное время - и, хотя это не так их вина, как их беда, - это и не вина окружающих, которые на "настоящей войне" не были. Ремарк, собственно, и не стремится оправдывать фронтовиков, которые, вернувшись с войны, хотят единственного - ввязаться в новую войну, которые только там чувствуют себя людьми, а в мирное время кажутся просто жалкими. Ремарк - не сторонник войны, для него она - худший из ужасов, который калечит человека, и не только физически.

Но при этом в "Возвращении" чувствуется несомненная по фронту ностальгия. И друзья там были настоящие, и все равны были (перед смертью все равны), не было лучших и худших, просто более и менее опытные, живые и мертвые; и унижаться, как в школе или во время муштры, не нужно было - чуть что, сразу в зубы, а если накажут - так даже и лучше, можно отсидеться подальше от взрывов; и с женщинами отношения не нужно было строить, заплатил - кусок хлеба принес - и все, дело в шляпе.

В "На Западном фронте без перемен" тоже был этот мотив - ГГ спит с худенькой и голодающей француженкой за хлеб, который ей дает, а когда едет в отпуск - удивляется, почему она не будет тосковать. Чувак, за то, чтобы по тебе тосковали, надо платить не только хлебом, но и как минимум человеческим отношением. А ты для нее - враг, захватчик, ты обеспечиваешь ей выживание, и не больше. И не ты один. Чего же ты ждал? Бескорыстной и всеобъемлющей любви? Это просто смешно.

В "Возвращении" этот мотив вообще расцвел махровым цветом. Адольф возвращается с войны - и узнает, что его жена спала с другим. Сначала он в ужасе, потом, когда живет какое-то время без нее, сам начинает страшиться одиночества и понимает ее. Но уже односельчане начинают гнать на Марию - потому что она его не дождалась. Всего-то 4 года, подумаешь (и неизвестно вообще, вернется ли; я уж не говорю, что он определенно не был ей верен все это время). В итоге они переезжают в город.

Это еще ничего пример. Отношение ГГ к женщинам в "Возвращении" меня убивает больше. И первой его женщиной была жирная девка, проститутка, ой-ой, как это мерзко, а он-то хотел трепетной любви к худенькой. Так нечего было идти к проституткам, раз такой ранимый. Вон у твоего товарища сифилис не просто так образовался, потерпел бы и ты.
И женский затылок, если женщина худая, кажется ему таким уязвимым, что злиться на эту женщину - никакой возможности. К женщинам с жирным затылком это не относится - сказано в романе прямым текстом.

И Адель, которую он любил в юности, так прекрасна, так хороша - пока не пришла на танцы с каким-то брюнетом вдруг. Тут-то он замечает, что располнела Адель. Женщина теперь, а не ребенок беззащитный, а именно беззащитное "дитя" ГГ хотелось бы видеть в женщине, "воздушное создание". Угадайте, почему? Справиться с таким созданием легче! Оно тебе в ответ не вмажет, если захочешь его обидеть. В романе есть сцена с крестьянкой, которая принесла ГГ и его товарищам воды, при этом ворча. Товарищ ГГ тут же опрокинул эту воду - понимаешь, отношение не понравилось. А сам ГГ возьми и скажи "старая карга" и добавь пару крепких слов. Тут эта женщина как схватила что-то тяжелое и гремящее - так они наутек сразу и пустились. Видать, не худенькая была, могла их пришибить. Испугались. Отважные фронтовики.

А Тьяден, один из товарищей ГГ, вообще женится "на мясной лавке". Так прямо и сказано - женился на деньгах, и никто его не осуждает. Притом, что Вилли, другой друг ГГ, когда с какой-то "толстухой" уединяется в саду, так потом жалуется - он думал, она пошла с ним "по любви", а она денег потребовала. Какая тут любовь - халявы просто захотелось. За любовь иногда приходится гораздо большим платить, чем парой монет, радовался бы, что дешево отделался.
После этого герои еще и злорадствуют - вот, та же "толстуха" пошла с кем-то еще, но он скупердяй, поэтому для нее будет "неприятная неожиданность".

Не понимаю, чего они вообще ждали.

Неприятен и момент ГГ с "худенькой белошвейкой". Не любит он женщин, и от фигуры это не зависит. Как танцевать и призы получать - так она ему удобна, как завязывать отношения - так он стремается того, что она "слишком малым довольна". Надо было ей денег с него, наверное, потребовать. Тогда бы он к ней отнесся лучше. Ну и сама белошвейка, как и все предыдущие женщины в романе, кроме Марии, Адель и невесты Тьядена Марихен, даже не названы по именам. Потому что суть не в них, а в безграничном внутреннем одиночестве ГГ, который проявляет это одиночество, распространяет его, как заразу, попутно пиная всех встречных женщин. И по-человечески не привык с ними обращаться, и в то время вообще человеческое обращение к женщинам редко встречалось - 1918 год и позже, роман написан где-то в 1930-ых.

Момент с матерью, которой ГГ больше не может все рассказать и получить утешение, которая теперь сама "как дитя" и нуждается в утешении, не касается отношения к женщинам. Такое же отношение у героя к отцу - это скорее тот самый "бунт молодежи". Или просто - постепенное взросление. Через это просто нужно пройти, и такое отношение - не конечная стадия.

Апофеозом свинства ГГ и его товарищей становится момент с девушкой, в которую влюбился Альберт. Она, как обычно, не названа по имени. Альберт у нас тоже пострадал - видите ли, его мать ему уделяла мало внимания, потому что его старшему брату на войне оторвало ноги. Все внимание шло брату, и бедный Альберт надумал влюбиться. Дескать, любовь его излечит. Детей вон захотел. ГГ над ним поржал, и как оказалось в дальнейшем - правильно. Потому что любимая Альберта спала с другим. Застукал их Альберт - и соперника, недолго думая, застрелил. А все женщина виновата. Ее и надо было убить, не соперника, кричат товарищи Альберта на суде над ним. Угадайте, сколько ему дали. Три года. Три. Года. Причем сам Альберт ни в чем не виноват - это или женщина, или соперник, или отечество, которое научило его убивать, или все, вместе взятое. И соперник, видите ли, "разрушил ему жизнь". Я понимаю, если этот соперник посреди бела дня подорвал бы его дом. Но нет же. Разбитое сердце - это частая болезнь, если бы каждый убивал того, кто ему сердце разбил, людей бы не осталось. И женщина все же не объект - она имеет право выбрать того, кто ей нравится больше, уже по собственным параметрам. Ответ на "нет" - это убийство? Так, что ли?

У меня нет ни малейшего желания оправдывать этого Альберта.

В романе есть интересная сцена с тем, как вернувшийся с войны книголюбитель все свои книги распродает. Причем 12-томник Гете он продает не букинистам, а сапожнику - переплеты кожаные, сгодятся на 6 пар отличных сапог и стоят дорого. Вот как столкновение с жизнью корректирует идеалы.

Пожалуй, что самое ценное в "Возвращении" - ГГ тут стремится жить, несмотря ни на что, устроить свою жизнь даже после возвращения, не зарезаться, не сорваться, не сойти с ума. И ему это удается. Мы знаем, что удалось и самому Ремарку - как Стивен Кинг, он использовал написание книг в качестве действенной самопсихотерапии, на которой, вдобавок, сумел заработать. Честь ему и хвала.

"Возвращение" несомненно более жизнеутверждающий роман, чем "На Западном фронте без перемен". Но я бы его советовать не стала - отношение автора тут проявлено сильнее, женщин пинают больше, и в художественном плане "На Западном фронте...", имхо, круче. Вот его - советую.
запись создана: 13.06.2017 в 11:18

@темы: из жизни, из литературной жизни, флэшмобы

URL
Комментарии
2017-06-14 в 11:57 

Лайверин
Лети, душа моя, на свет, лети на волю. Моя свобода - это миф, мечта рабов.(с)
А. Сапковский "Сезон гроз". Мне кажется, это такая возможность ещё раз побродить по дорогам мира. И вспомнить, что легенды иногда замыкаются в кольцо, игнорируя время.

2017-06-14 в 12:19 

Laora
Милосердие выше справедливости (с)
Лайверин, да, здорово сказано. :inlove:

URL
2017-06-15 в 19:49 

Homecoming
Только вчера села читать "Ведьмино отродье" Маргарет Этвуд которая "Рассказ служанки" про одержимого Шекспиром театрального режиссёра - авангардиста, у которого Гермиона вампир, а в "Перикле" инопланетяне, и его попытки поставить "Бурю" в тюрьме. Не она часом вдохновила на Шекспира? :attr:

2017-06-19 в 21:16 

Laora
Милосердие выше справедливости (с)
Homecoming, ого, как интересно :inlove:
С Шекспиром это так совпало, но "Ведьмино отродье" надо обязательно прочитать, спасибо за рек! :heart:
"Рассказ служанки", помню, у нас был в универе на курсе постколониальной прозы, но я тогда не прочитала, не успела. Сейчас, с выходом сериала, нагонять сами небеса велели))

URL
2017-06-30 в 11:31 

Алиция Рэйвен
Плох тот Зецу, который не мечтает стать деревом. (с)
Хммм... Я помню, читала у Малицкого "Провидение Зла", и шипела и плевалась со страшной силой. Судя по твоим отзывам, с тех пор он неплохо прокачался. Попробовать ещё раз, что ли))

2017-06-30 в 16:37 

Laora
Милосердие выше справедливости (с)
Алиция Рэйвен, боюсь, как бы не наоборот) "Провидение Зла" он написал в 2014, трилогия "Арбан Саеш" - 2006 года. Может быть такое, что не прокачался, а зазнался!)) Не прошел медные трубы. К примеру, у Пехова в ранних книгах мизогинией тоже не пахло, а потом началось такое, что я сдала все его книги от расстройства.) Может, дело и в том, что политика издательская изменилась.
В любом случае, первые две книги трилогии читать интересно, особенно вторую. Через первую все-таки нужно частично продираться.
Посмотрим, что будет в третьей. А еще у меня его "Компрессия" лежит, тоже надо бы прочитать.

URL
2017-06-30 в 17:55 

Алиция Рэйвен
Плох тот Зецу, который не мечтает стать деревом. (с)
Laora, вот блин, а я уже хотела за него порадоваться(
В "Провидении зла" мне не понравился стиль (с содроганием вспомнила девять страниц монотонных перечислений имён и земель), невыразительная сухость повествования, невычитанность (впервые столкнулась с книгой с таким количеством опечаток, корректуры будто не было вообще) и унылые герои. Как с этим в "Арбан Саеш"?))

2017-06-30 в 18:59 

Laora
Милосердие выше справедливости (с)
Алиция Рэйвен, первые два тома оч хорошо вычитаны, как по мне. В третьем прочитала 20 страниц, заметила пока 1 опечатку. До этого вообще не замечала)
Перечислений хватает, но чтобы 9 страниц подряд - такого не помню. Более того, ко второму тому перечислений и имен становится куда меньше, а сама начинаешь сечь фишку в территориях и событиях, поэтому читать куда интереснее. Насчет стиля - он без сомнения литературный. Скорее высокий, чем низкий, люди не всегда так говорят)) Но они и у Толкиена не всегда так говорят. Я потому его и вспомнила.
Насчет сухости не знаю, не знаю. Мне, наоборот, показалось, что оч эмоционально. Первая книга начинается с того, что герой теряет мать. И да - именно такие чувства и есть, когда кого-то теряешь. В дальнейшем таких моментов, эмоционально точных, тоже хватает. Унылость - главный герой скорее да, но мне это не кажется отрицательным. Это не самоуверенный мачо, он мечется и потому близок. А товарищи у него достаточно зубастые, все по-разному. Во второй книге мне оч понравилась колдунья Йокка в этом плане. А еще там есть персонаж, которого я никак не могу разгадать. Подозреваю, что он непрост и имеет отношение к местной мифологии, но... интрига, словом. Читать за счет этого в том числе ужасно интересно.
Но для того, чтобы разогнаться, надо хотя бы первую книгу трилогии дочитать. А это не всегда легко.
К тому же, я пока не знаю, что будет в третьей.

URL
2017-07-29 в 01:28 

Kuma Lisa
лисьи следы у кромки воды (с)
Генри Лайон Олди "Живущий в последний раз" - по этой повести видно, что Олди писали с Дяченко в соавторстве.
Неа, это они не писали в соавторстве. Это из цикла "Бездна голодных глаз", совершенно олдевская вещь.:) Или ты имеешь в виду, что соавторство с Дяченко на них повлияло? Но это они написали давно, задолго до того, как начали сотрудничать с Дяченко.

2017-07-29 в 03:44 

Laora
Милосердие выше справедливости (с)
Kuma Lisa, Или ты имеешь в виду, что соавторство с Дяченко на них повлияло? - скорее, про общие в чем-то взгляды и одну траву)))

URL
2017-07-29 в 11:00 

Kuma Lisa
лисьи следы у кромки воды (с)
скорее, про общие в чем-то взгляды и одну траву)))
Я понял)

Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

Множество граней самоанализа

главная